Пусть эсхатологический оптимизм Дарьи Дугиной ведет нас за собой

Пьер-Антуан Плакван, французский аналитик:

«Духовная битва так же беспощадна, как и битвы на полях сражений ; но видение правосудия – исключительная прерогатива Бога» (Артюр Рембо).

Трудно примириться с тем, что дорогой сердцу человек вдруг брутально  уходит из мира сего. Вы оказываетесь в состоянии ирреальности, у вас странное чувство, что вы еще можете разговаривать с ним и даже обсудить эту страшную новость, непосредственно ее касающуюся.

Я знал две Дарьи, и они как бы накладываются друг на друга – «общественная» и «приватная». И она,  такая маленькая, непосредственно-детская и в то же время удивительно смелая, оказалась отныне в самом центре той глобальной эсхатологической войны, которая разворачивается на наших глазах.

Я помню наш разговор по телефону в самом начале российской военной операции, я точно помню ее слова: «Слушай, Пьер-Антуан, мы живем в исторический момент. Россия обязана пойти своим путем. Это то, о чем мы давно говорим».

И особенно эта фраза, которая до сих пор отдается в моей голове: «Возможно, они убьют нас всех, здесь, в Москве, но с этого момента мы вступили в настоящую войну». Она сказала это своим обычным тоном – легким и веселым. Действительно, происходило что-то очень важное – это была не братоубийственная война между европейцами, которая закончится, если на то будет Божья воля, а жизненно необходимый разрыв национального государства Российской Империи с глобальным Империализмом. Разрыв Третьего Рима с глобалистским болотом космополитической субверсии.

В другой нашей беседе она объясняла мне, что не нужно отчаиваться, что нужно «культивировать эсхатологический оптимизм». Это точное ее выражение. Кажется, у нее на эту тему есть публичное выступление. Как сегодня отдаются в сердце эти слова!

Мне трудно сейчас говорить о Дарье, я действительно считал ее своим другом, плюс к тому что она была метаполитическим воином и философом настоящей элиты. Философом – в смысле античном и классическом: она несла в себе свое будущее философское творение, в ней уже была эта мощь, которая должна была вскоре выйти наружу. Да, именно мощь: в ней уже было это, точно так же, как зерно содержит в себе будущее огромное дерево, как маленький горный источник содержит в себе реку или океан, как нескончаемо малый невидимый фотон – горячую звезду. Вы можете убедиться в этом, посмотрев нашу с ней беседу, которую я записал ровно семь лет назад, в августе 2015 года. Посмотрите, каким уже тогда был интеллектуальный уровень этой девушки, как легко и непринужденно она говорила о неоплатонических концептах, которые сегодня мало кто понимает, к тому же на прекрасном французском… И все это изложено в потрясающе свежей и естественной манере.

Сравните это с ненавистью наших философов, с несостоятельностью и моральным уродством наших новых медийных софистов, которые вещают по всем каналам, таких как Рафаэль Энтовен или Бернар Анри-Леви. Они раздувают огонь ненависти к нашей Дарье и к творению ее отца. В них говорит висцеральная зависть к настоящим высотам духовного созерцания, которые им недоступны – по причине их духовной низости. Французская национальная культура умирает, потому что такие люди, как Энтовен и Анри-Леви не дают возникнуть духовным мостам и жизненно необходимым связям между настоящими молодыми элитами Европы.

Все существо Дарьи оживляло стремление к философскому познанию. Это было ее экзистенциальной осью, которая координировала все ее действия и помышления. Ее полная отдача делу метаполитической битвы была внешним выражением той идеи, которая жила в ней и которой она была верна. Она унаследовала этот огонь от своих родителей, они передали ей этот факел уже с детских лет. Это ощущалось как на уровне теории, так и в ежедневном существовании. Она высоко несла это пламя, грациозно и просто. Вооруженная этим внутренним видением (theoria), она шла по жизни, отдавая ему всю себя. Как у всех великих исторических фигур, теория и практика слились у ней в одно, стали частями одного и того же символа. Только настоящий мыслитель умеет объединить (symballein) в живом синтезе действие и созерцание. И то, что она начала Здесь, точно соответствует тому, что ее ждет Там. Вся ее жизнь была радикально гармонична с тем видением мира, которое она исповедовала. И это вместе с тем, что ей были свойственны веселость, простота и женственность. Это была трудолюбивая, очень серьезная, аутентичная молодая женщина.

Дарья Дугина была той самой «дифференцированной личностью» Юлиуса Эволы, но не отрезанной, не отказавшейся от своей condition féminine, которую воплощала наилучшим образом. Она была солнечной личностью, она обогревала своими лучами тех, кто был рядом – излучением своего внутреннего существа. Это не могло не вызывать дьявольской зависти в рядах Дьявола и у некоторых его служителей. Мы общались с ней здесь, на земле, не понимая ее полностью, не зная, что она была Гипатией нашего времени, имя которой останется в Истории.

Дарья была настоящим философом-неоплатоником, большим платоником, чем кто-либо из нас. Она никогда не оставляла битвы и не изменяла своей цели – поиска знаний (что на самом деле  одно и то же). Она расплатилась жизнью за идею, которой жила. Я потрясен этим. Мое состояние схоже с состоянием боксера, получившего сильнейший удар и на грани потери сознания отлетевшего на веревки ринга. Я оглушен и ошарашен как горем и яростью, так и окончательным осознанием реальности земной миссии Дарьи Дугиной, которую я имел честь знать при жизни.

Эта гордость согревает мое сердце – возможность сказать: я знал Дарью Дугину! Земная печаль, печаль временная и преходящая, которая господствует в моем сердце – она уйдет, и она уже уходит, когда я понимаю смысл ее смерти и ее миссию в духовной и метаполитической перспективе. Нам нужно осознать и принять как данность ее провиденциальную роль в том, что сейчас происходит. И понять, что мы имели неслыханную честь общаться при жизни с мученицей и исторической фигурой. Мы оказались свидетелями того, что мы читали когда-то в книгах, пытаясь понять происходящее и желая самообразоваться, мы хотели обрести форму, восставая против бесформенности и засасывающего болота нашего времени –  и вот нам был явлен дух воинства и жертвы. И образцом этого стала девушка! Какой урок перед лицом всей этой дьявольщины глобалистского феминизма!

Современные русские евразийцы (что бы мы ни думали об их доктрине и о них лично) находятся сегодня на передовом фронте глобального геософского столкновения, который происходит на наших глазах, и они платят за это кровью. Не случайно Дарья Дугина, бывшая незаменимой фигурой в кругах русских евразийцев и традиционалистов, оказалась мишенью темных сил нашего времени. Враг не довольствовался ее физическим устранением (и тем, что поразил горем ее родителей), он желает посеять страх в наших рядах, лишив нас человека, совершенно незаменимого по разнообразию и широте всего того, что он выполнял в этой войне. Дарья была профессионалом-автодидактом в метаполитике и в информационной войне – в двух взаимосвязанных дисциплинах , которыми она владела как мало кто. Она облагородила их и окрасила своим героизмом. Она была настоящим метаполитическим воином нашего времени.

Ее политическое убийство еще раз показало, что метаполитика – это настоящая война, с настоящими воюющими сторонами и убитыми. То, что делала Дарья – как и каждый из нас, на своем уровне – пристально рассматривалось и анализировалось нашими врагами.  Любой серьезный участник современной информационной войны живет с этим дамокловым мечом, висящим над его физическим телом. Но не над душой, которая бессмертна и неуничтожима.

Свою битву, так же как и свой труд и творчество,  Дарья вела фронтально – естественно и весело, артистично и прилежно, как делает это девочка с необычайными способностями, которая хочет наилучшим образом делать то, чему научил ее отец. Провидение захотело, чтобы эта девушка стала отныне мученицей и живым символом, который будет продолжать вести за собой всех тех, кто борется против глобалистской гегемонии и за возврат верховенства Духа над материей.

Говорят, что для формирования личности нужно тридцать лет. Дарья была взята Провидением в том возрасте, в котором часто бывали взяты исторические фигуры – к тридцати годам, когда приходит зрелость, и молодость сменяется возрастом мужчины или женщины. (…)

Ее душа вернулась к Богу между Преображением и Успением Богородицы – двух важнейших праздников православного литургического календаря. На иконе, которой поклоняются во время литургии Успения, изображен Христос, который держит в своих руках душу Пресвятой Девы Марии в образе младенца. По этой аналогии, в то же время соблюдая строгую линию демаркации между платонизмом и христианской догмой, этот образ Сына, который держит, как младенца, в руках душу своей Пресвятой Матери, вызывает мысль, что наша дорогая сестра Дарья отныне для нас как мать, которая ведет нас по избранному нами пути – пути метаполитической битвы.

Метаполитика оказалась таким образом освящена фигурой политического мученичества. Метаполитика – это действительно современный аристократический Путь Воина, изменившиеся внешние условия нашего времени ничего при этом не меняют.

Отныне Дарья – наша Полярная Звезда, которая продолжает нас вести, и душа ее сверкает с горних высот, с платоновской Долины Истины, в ожидании славного дня всемирного Воскресения, когда все мы вновь встретимся.

Еще раз приношу мои глубочайшие соболезнования родителям Дарьи – Александру Гельевичу и Наталии Викторовне Дугиной.

Каждая смерть есть бездонная тайна для живых, и здесь может помочь только молитва.  Молитва – это пуповина между нашим Творцом и пустотой кондиции падшего человечества. Поэтому нужно молиться не переставая, вопреки тому (и прежде всего потому), что у вас не получается, когда  не проходит в горле ком и душа стиснута горем, и непрестанно повторять эти священные всемогущие слова:

 «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго».

Бог дал, Бог взял. Вечная память.

Жан-Пьер Винтер о попытках извратить психоанализ

Жан-Пьер Винтер
Лори Лофер

Согласно профессору психологии Лори Лофер (Laurie Laufer), с которой угодливо побеседовали на страницах Libération, отсутствие энтузиазма среди психоаналитиков по отношению к трансгендерной моде несомненно означает переход в наступление реакционеров всех мастей. Более того, это является свидетельством явного «поправения» некоторых коллег и даже, может быть, к присоединению самых реакционных из них к «крайне правым». Извращая учение Фрейда и Лакана, Лори Лофер защищает милитантистское видение психоанализа. Это выступление нельзя оставлять без ответа.

В стране рембовского «Я – это другой» происходит удивительное. Мы являемся свидетелями наступления в некоторых университетских кругах определенных регрессивных сил, точно так же, как это произошло в американских университетах. Эти силы пытаются навязать чисто идеологическое видение истории, литературы, поэзии и, главным образом, психоанализа.

Интервью с Лори Лофер, профессором Paris-Cité, с очевидностью показывает, что психоанализ пытаются направить по ложному пути. И это делают те, кто громко провозглашает себя последователем Фрейда и Лакана – они делают это для того, чтобы уничтожить психоанализ демагогией, ложью и оскорблениями в адрес коллег, не разделяющих их позиций.

Лори Лофер выпустила недавно книгу «По пути к эмансипированному психоанализу: возврат к субверсии» (Laurie Laufer. Vers une psychanalise émancipée. Renouer avec la subversion. 2022). Смешивая некоторые базовые понятия психоанализа с серьезным извращением смысла работ Фрейда и Лакана, Лофер начинает с того, что создает себе некоего воображаемого противника, которого с энтузиазмом разоблачает. Она придумывает себе психоаналитиков, впавших в панику (по ее словам), «явно напуганных проблемой транс-идентичности». Лофер имеет в виду коллег – психаналитиков и исследователей, которые всего лишь задаются вопросом адекватности и возможных последствий новых модных доктрин, которые сама Лофер активно продвигает. Любой честный читатель, знакомый с этими авторами, подтвердит, что в их работах нет ни «паники», ни «страха», а всего лишь призыв к осторожности и разумному подходу. У этих авторов вы не найдете ни оскорблений, ни фобических попыток избежать дебатов, что, кстати, в значительной степени характеризует Лофер и ее сторонников.

Однако самое серьезное здесь – это даже не бесстыдная практика лжи и попытки представить их «реакционерами» и «крайне правыми». На самом деле среди авторов, скептически относящихся к трансгендерной идеологии, есть люди всех политических тенденций, там есть и феминисты, и ученые соответствующих дисциплин, и философы, и единственная их цель – возможно точное восприятие клинической реальности. В этом смысле это антропологический вопрос. Вот, например, призыв сотен немецких ученых и докторов*, опубликованный в том числе и в Die Welt: «Пора покончить с идеологическим подходом к транссексуальности» и «давайте фактически отражать биологические явления в соответствии с данными исследований и науки».

Специалисты в области медицины твердо напоминают, что «когда психологические и главным образом социологические претензии новомодных идеологов начинают подкапываться под понятие пола, в головах начинается хаос». Адепты транссексуализма  не хотят считаться с биологической реальностью – анизогамной репродукцией человека ( а именно посредством мужских и женских гамет, отличающихся друг от друга своими функциями и размером).

Милитанты смешения полов, чью точку зрения представляет Лори Лофер, предпринимают сознательную подмену понятий. «Некоторые психоаналитики склоняются к крайне правым воззрениям, во имя защиты семьи и детей», – говорит Лофер. Это грубая манипуляция. На самом деле психоаналитики, достойные называться этим именем, исследуют вопрос филиации и защищают право детей не оказаться в одночасье идентифицированными с той или иной сексуальной идентичностью, ведь они незрелы и их слова непостоянны. Если психоаналитик пытается защитить детей от манипуляций взрослых, значит ли это, что он «склоняется к крайне правым»? Можно ли из этого заключить, что либеральный ультра-индивидуализм по-американски – это свидетельство левых взглядов? А такая попытка классифицировать коллег –  актуализированная лысенковщина?

Да, Фрейд и Лакан учили, каждый на свой манер, что только сам человек решает, мужчина он или женщина, но это не касается физической, телесной стороны. Они имели в виду психическую сторону, область отношений. И Фрейд, и Лакан были клиницистами и работали с неврозами, перверсиями и психозами. Они учили (внимательно при этом выслушивая своих пациентов), что если человек полностью отдался измененной реальности – потому что настоящая реальность бывает иногда невыносимой – он впал в состояние, называемое бредом (délire).

Бред может быть и коллективным. Фрейд предупреждал об опасности бреда большевизма и предсказывал его плохой конец . Доброжелательно и терпеливо выслушивая своих пациентов, Фрейд пришел к выводу, что любой субъект разделен в душе, и что то, чего он просит – это не то, что он желает на самом деле и не то, в чем действительно нуждается. И что то, чем он пользуется, сам того не зная, может его разрушить. Это бессознательное, известное с древнейших времен, прочитывается у Платона, Софокла, Шекспира, Бодлера…  Фрейд систематизировал все эти разрозненные проявления.

В том, что говорит Лори Лофер, в ее словах, полных ненависти, бессознательное не проявляется никоим образом. Она говорит, что «думает», что «сексуальность становится сегодня незначительной, без последствий, как справедливо заметила Гейл Рубин». Перед нами бессмысленное, бестолковое заявление клиницистки, которая принимает сторону Юнга, когда распространяет сексуальное на «желание реализовать какие-то вещи»!

Конец сексуальности, конец бессознательного – это и есть тот самый «эмансипированный психоанализ», который преподает Лори Лофер на факультете психологии в крупнейшем парижском университете.

Наконец, и это самое важное.  Лофер подвергает сомнению исследования Каролин Эльячефф и Селин Массон, которые долго и серьезно вникали в проблемы детей, которых затащили в ранневозрастной трансгендерный переход. Эти работы опираются на международные исследования и свидетельства, в которых ставится вопрос об идеологическом волюнтаризме наиболее «продвинутых» в этом отношении стран.

Они задаются деликатным вопросом о том, что такое на самом деле «выбор пола» (взрослых!), и это не означает, что вы исповедуете «правые взгляды». Речь идет о клиническом изучении вопросов пола, они работают с согласия ассоциаций лесбиянок, взрослых трансгендеров и медицинских специалистов, которых беспокоят агрессивно-сектантские аспекты трансгендерной идеологии. Нужно сказать, что авторы этих работ, в том числе Эрик Марти с его книгой Le sexe des modernes**, поднимающие тревогу по поводу ранневозрастных терапий с целью смены пола, уже не раз подвергались нападениям со стороны милитантов транссексуализма.

Важно подчеркнуть, что попытки внушить неподготовленным читателям, как это делают журналисты Libération, что во Франции происходит «наступление крайне правых настроений в психоанализе» – нечистоплотный маневр сталинского типа, и мы уже знавали подобные вещи, когда нам не разрешали говорить о Гулаге и миллионах смертей жертв маоизма.

В качестве заключения напомню, что Фрейд не нуждался в «эмансипированном психоанализе» для изучения – с удивительной клинической точностью для своего времени! – вопросов транссексуализма и гомосексуализма, об этом он писал с первых же страниц «Трех очерков по теории сексуальности». Он говорил в числе прочего о « сложном интимном отношении между предполагаемым психическим гермафродитизмом и анатомическим гермафродитизмом, который может быть доказан». Напомню, что согласно Фрейду «замена психологической проблемы (психической бисексуальности) анатомической проблемой настолько же бессмысленна, как и неоправданна».

* Die Welt : « Wie ARD und ZDF unsere Kinder indoktrinieren” («Как ARD и  ZDF индоктринируют наших детей»). Оригинал статьи на сайте evaengelken.de (1 июня 2022).

**Эрик Марти, автор чисто исторического труда о гендерных теориях « Le sexe des modernes », подвергается у Лори Лофер диффамации.

Источник: статья в журнале Causeur « Le divan dévoyé », июль 2022

Казус Марковича. Как русофобия становится дорогой в ад.

« Проблема в том, что все русские говорят на русском языке » (Андре Маркович, переводчик).

Андре Маркович – известный французский переводчик с русского, любимец театральных режиссеров-русофилов (он перевел все пьесы Чехова и Гоголя) или, как принято сейчас говорить, «икона» французской рафинированной литературно ориентированной публики.

Маркович известен тем, что перевел на французский все «fictions » Достоевского – этим словом он называет его художественные произведения. Публицистику Достоевского он презирает и считает недостойной существования за ее «расизм, антисемитизм и анти-западное направление».

У Марковича русские корни по матери, в детстве он жил в Ленинграде у русской бабушки. Свободно говорит (хотя в России бывает редко), знает русскую литературу как свои пять пальцев. Не случайно его называют grand traducteur – и по количеству переводов, и по их качеству.

С 2006 года вел имевшие успех публичные мастер-классы «импровизаций-переводов», некоторые из которых стали театральными перформансами и сопровождались музыкой. У Марковича талант рассказчика, неподдельное вдохновение, спонтанность, умение «зацепить» публику. Во всем, что он говорит – Маркович обезоруживающе искренен.

С 2013 года он ведет в Фейсбуке свой блог, где из первых рук (то есть прямиком с украинских каналов) рассказывает об actualités russes – о «кровавом Путине», «зверствах русских солдат» и «героизме украинцев» .

У Андре Марковича большие печальные глаза и страдальческая мимика. Он буквально пропитан известиями с Украины, и это повергает в перманентный шок все его хрупкое интеллигентное существо.

«Русские растоптали и разграбили усадьбу, где происходит действие «Вишневого сада!» – трагически объявляет Маркович. Неважно, что это ложь, это совсем не важно. Он так видит и чувствует. Тем более что никто из французских поклонников не сможет проверить верность утверждения любимого блогера, да никому и в голову не придет сомневаться в его честности. Главное – поразить воображение французов, и прежде всего любителей русской литературы. На вопрос ведущей, что он в данный момент чувствует в качестве russophone et russophile – Маркович кратко и проникновенно отвечает: «Стыд и боль».

Блог Марковича, имеющий около 28 тысяч подписчиков, посвящён почти исключительно изобличению «русского тоталитаризма», воплощённого в «путинизме». Каждый день сотни перепостов. Несогласных в комментах Маркович не терпит, его правоверные подписчики еще меньше. «Мне тут возразили (неужели нашелся такой человек?? – прим. Э.И.-Д.), мол, как вы представляете, как может русский солдат уволочь целый холодильник с едой? На танк что ли его громоздит?» И Маркович отвечает безапелляционно (всем, у кого возникла тень сомнения): «Что вы думаете, у них ремней что ли для этой цели не найдется?» Да, Маркович страстно верит во все, что говорят в украинских соцсетях – что «русня», эта дикая орда, творит на Украине невообразимое – убивает, грабит, насилует всех подряд, не забывая при этом пометить место преступления дефекацией.

Россия и русские, диагноз

В начале июня этого года Андре Маркович выпустил брошюрку под названием «А вдруг Украина освободит Россию?» (Et si l’Ukraine libérait la Russie? Seuil, 0.06.2022).

Маркович лелеет надежду, что происходящее на Украине произведёт в умах «самых совестливых людей России» что-то вроде электрошока, вследствие чего наступит «пробуждение», и это коренным образом изменит – наконец-то!- русскую историю.

Маркович ведет свою деятельность блогера именно с этой целью – чтобы русские «смогли увидеть самих себя как в зеркале», которое он им протягивает (из самых лучших чувств, разумеется). « Да, русские непременно должны увидеть своё собственное коллективное лицо – страшное, перекошенное лицо дегенерата и насильника ».

Они увидят в этом зеркале «анцестральную русскую жестокость», «онтологическую насильственность русской истории» (притом, Карл, она была такой с самого начала…), и они поймут, что ведут себя на Украине точно так же, как гитлеровская армия вела себя на оккупированных ею территориях ».

«Путин строит свой дискурс на имперской национальной идее, а национализм – это фашизм. Национализм – это немедленная радость, это ликование. «Пусть мы живём плохо, зато у нас великая страна». «Стоит им только объяснить, что всё не так, как у этих людей что-то ломается внутри».

Свою миссию Маркович расценивает ни много ни мало как спасение русских от векового исторического проклятия с целью присоединения этого бедного заблудшего народа (вот уже столько веков блуждает!) к гуманному и благополучному западному человечеству.

«Русские верят в идеализированный национальный нарратив, который искусно построил Путин. Их держат в неведении относительно того ужаса, в котором они пребывают. Им почти ничего не рассказывают об их согласии на сталинские ужасы, ни о германо-советском пакте. Они думают, что виноваты всегда другие».

«У Запада есть ошибки и недостатки, это правда. Но моральные и материальные успехи Запада не идут ни в какое сравнение с замкнутой системой русской диктатуры, которая только и способна что распространять несчастье».

«Санкт-Петербург и Москва не дают представления об истинной России. Стоит только отъехать подальше от столиц, и вы увидите страшную бедность, самую черную нищету». (Отсюда понятно, почему русские солдаты воруют у благополучных украинцев не только холодильники с едой, но и трусы и унитазы – прим.Э.Д.-И.).

«Есть народы, которые любят свободу. И есть, без сомнения, такие, которые любят рабство. Где-то в генах, может быть, или в бессознательном, у них имеется предрасположенность к подчинению, к несчастью, может, даже к убийству» (это из блога Марковича, из слов одного украинского театрального деятеля, бежавшего в Париж. Маркович не утверждает этого, он «пока лишь задается вопросом»).

«Война Путина против Украины – это тройная монструозность и тройное поражение. Это поражение идеологии панславизма, поражение русской православной церкви, которая благословляет оружие Путина, и поражение человеческих отношений в российском обществе, пораженном хроническим насилием всех против всех».

Что делать с русскими? Как лечить?

« Можно ли спасти Россию от самой себя? » – смело задаётся вопросом, можно сказать, философским вопрошанием  Маркович.

«Все народы имеют право перейти от империалистической эпопеи (Достоевский) к демократической прозе (Чехов), и русский народ тоже не осужден на вечную диктатуру. Однако восемь веков русской истории не оставляют никакой надежды». Но тем не менее она, как известно, умирает последней, и Маркович разрешает себе даже помечтать: «На этот раз есть надежда, что все изменится. Что Путин падет и встанет Россия Навального. Что стремление к европейской свободе преобразит русского медведя в гуманного агнца». (sic !!!).

Так что же конкретно делать для этого, прямо сейчас? – «Первое, что приходит в голову всем честным интеллигентам — это свергнуть Путина, то есть депутинизировать Россию». 

«Путин ненавидит демократию. Почему Путин не напал на Украину, когда президентом был Порошенко? Потому что тогда Украина была не лучше России – коррупция и прочие прелести. Как только при Зеленском появились первые ростки демократии и нормальной жизни, Путин пошел на нее войной. Потому что Путин ненавидит демократию, он хочет вырвать её с корнем».

Однако у Марковича хватает ума понять, что дело не только в Путине. Дело в самих русских. Как излечить их от этой ужасной болезни – националистического самосознания? Что делать с их склонностью «регрессировать к архаическому имперскому проекту»? Сложно, ох сложно…

А вообще Маркович очень сердит на Макрона за его фразу «не надо унижать Путина». «Как это – не унижать Путина? Что за глупости? Путин – это ротвейлер, и если вы побоитесь его унизить, он вцепится вам в глотку».

« А что из русского вообще стоит спасать? И стоит ли? Ведь история России – беспросветный мрак и ужас, сами русские в основном живут в «мифологизированном нарративе», они одурманены путинской пропагандой, живут в страшной нужде. С унитазами проблема, с электрочайниками тоже… Остается нематериальное? Культура, литература? Но выясняется, что здесь надо быть бдительным. «Спасения» заслуживают только те авторы и деятели, кто не противоречит сегодняшней политической линии. Например, Чехов (и, конечно же, сразу дать ему правильную интерпретацию): «Чехов – единственный из русских авторов, кто отстаивает частную жизнь человека. У русских никогда не было частной жизни».

Так вещает Маркович – со всхлипами, с округлёнными от ужаса глазами – для французов, в абсолютном большинстве своём НИЧЕГО НЕ ЗНАЮЩИХ ни о русских, ни о русской литературе.

Голлум и раздвоение личности

Я не о внешности, Боже упаси. Тут напрашивается не сравнение, а метафора.

Потому что всё-таки свербит вопрос: почему, каким образом? Что случилось? Кто подменил Марковича? Почему он вдруг ТАК возненавидел то, что когда-то ТАК любил?

Когда-то он говорил, что именно при Пушкине Россия стала частью Европы. Что Достоевский – великий писатель, что без него невозможна литература ХХ века. «Мой язык – французский, но слух и культура – русские… Для меня было бы честью считаться русским переводчиком, пишущим по-французски». Это тоже Маркович, но давнишний. Которого уже больше нет. Который исчез, испарился, и вместо него появился совсем другой. Действительно, что-то иррациональное.

Лично мне казус Марковича до боли напоминает раздвоение личности всем известного кинематографического персонажа из «Властелина колец». Эту душераздирающую историю о том, как в результате интенсивной внутренней борьбы злобный Голлум, жертва Кольца, победил и изгнал из себя наивного Смеагола.

От Достоевского Маркович уже отказался, от Пушкина тоже. По сути, выбросил в помойку свой собственный многолетний труд. Пока держится за Чехова. Но ему не позволят, в первую очередь его собственные подписчики с Украины, ведь Чехов – как минимум носитель русского языка, и это даже если натянуть сову на глобус и представить его борцом против «кровавого русского режыма». В своем блоге Маркович уже ставит вопрос о русском языке – можно ли продолжать на нем говорить, ведь это язык агрессора? (один из постов Марковича в фб так и называется – «Язык палачей» (4)). Можно ли ставить вопрос о необходимости отмены русской культуры, ведь украинцы требуют? Он уже сообщил, что собирается переводить Тараса Шевченко.

Русофобия: Бернар Анри-Леви VS Андре Маркович

Казалось, никто во Франции не может сравниться в ненависти к России (как политического субъекта) с Бернаром Анри-Леви.

А ведь Маркович идёт значительно дальше. Тот – циник и себялюбец, в войне с Россией его интересует всего лишь политический аспект и собственный эгоистический бенефис. Насладиться победой, унижением врага, распустить хвост, выступить с дискурсом о победных шагах прогрессивного человечества, выпустить фильм, написать сценарий для спектакля и объездить с ним всю Европу. Вот что интересует Анри-Леви. Ну и, конечно, пофоткаться с комбатантами, увешанными оружием (азовцы – восторг), и обязательно на фоне танков. Потому что Анри-Леви всегда лично принимает участие в «освобождении народов от диктаторов». Но этим, пожалуй, он и ограничится. Не так уж он и кровожаден, если подумать, этот Бернар Анри-Леви.

Тогда как Маркович ненавидит по-другому, он – интеллигент-бессеребренник и человек идеи, а не низких интересов. Он отдан своему новому чувству всей своей душой, всем своим тщедушным существом. Бескорыстно и жертвенно, как идейный левый, с детской (по сути, фанатичной) жестокостью.

Маркович хочет ОТМЕНИТЬ ВСЁ РУССКОЕ. Кроме Чехова – но это только пока, потому что требования украинских «друзей» все радикальнее с каждым часом, – а также русского языка и «правильных русских». Но Чехова он не удержит, потому что на Украине его уже прокляли, русский язык тоже, а «правильные русские» – они уже давно совсем не русские.

Читаю Марковича в фб, из антропологического любопытства. Конечно, омерзительно и жалко. Вижу, как быстро эволюционирует болезнь. Еще вчера он пытался отстаивать какие-то крупицы, возражал против абсолютизма cancel culture. Но это ненадолго. Украинская хтонь затянет его целиком, поглотит вместе с его хрупкими косточками. И отвратительная болотина скоро замкнется над его головой, и мы услышим заключительный ХЛЮП.

Да, это история Голлума, осуждённого скитаться всю оставшуюся вечность в проклятых местах. Ибо что такое Андре Маркович без русской литературы? Тень, фантом, жалкий бездомный.

Да, случай не банальный. Ведь не каждому дано вот так проклясть то великое, что составляло смысл жизни. Кинуть в топку 80 томов своих переводов. Самого Гоголя переплюнуть, причем многократно!

Маркович трагичен, он уже в аду.

Опубликовано в АПН от 1.07.2022 https://www.apn.ru/index.php?newsid=41970&fbclid=IwAR3dRpn-vgpfkN-NCD8GedAgps4ZxxCFTNbu9lTN9qidD1_Y_maIsv__7jE

Земмур VS Ле Пен, 10 отличий

Многие не понимают, почему Земмур выдвинул свою кандидатуру отдельно, почему он не присоединился к Марин Ле Пен?

Дело в том, что их позиции разошлись еще во время прошлой президентской кампании. Земмур поддерживал МЛП в 2017 году, пусть и не официально, а идеологически, но она не хотела, чтобы ее имя связывали с именем Земмура.

МЛП уже тогда не разделяла его взглядов, которые казались ей слишком радикальными, и выбрала стратегию де-демонизации своей партии, доставшейся ей от отца, чтобы ее прекратили обвинять в «расизме» и «фашизме», чтобы с нее сняли эти ужасные ярлыки, прочно приставшие к политической фигуре Жан-Мари Ле Пена.

МЛП хотела «нормализовать» свою партию и по возможности сделать ее «рукопожатной».

Но кончилось все это тем, что она сдала практически все позиции своего отца.

Земмур вышел на политическую арену именно потому, что на МЛП больше не было никакой надежды. Потому что во Франции уже не было той политической силы, которая представляла бы французский народ, не желающий исламизации своей территории и Великого Замещения.

                Эрик Земмур VS Марин Ле Пен, десять отличий

  1. Центральный и основополагающий вопрос для Земмура – это сохранение французской идентичности, уничтожаемой массовой иммиграцией и оголтелым либерализмом.  Отсюда и его девиз – «Чтобы Франция осталась Францией».

Марин Ле Пен всячески подчеркивает свое отличие по этому вопросу, избегает говорить о Великом Замещении и исламизации и концентрируется на противопоставлении «народ – элиты» и даже в значительной степени, подобно левым партиям, на противопоставлении «богатые- бедные».

Для Земмура же главная необходимость – объединить народный и буржуазный электорат, и именно на почве борьбы за сохранение французской идентичности

2.Земмур вернул в обиход выражение «тысячелетняя Франция» и «Франция – старшая дочь Католической Церкви». Земмур, отличающийся потрясающей исторической эрудицией, рассматривает «Судьбу Франции» (название его последней книги) в исторической перспективе и говорит о долге своих современников – перед лицом истории – сохранить Францию такой, какой они ее  получили от своих предков и передать ее будущим поколениям.

МЛП, в отличие от Земмура, защищает не «тысячелетнюю Францию», а «Республику», и это сближает ее  с Меланшоном и вообще с левыми. МЛП говорит о необходимости сохранить принцип светскости Республики ( стараясь в то же время не обидеть представителей «мирной религии») и работать над созданием условий для мирного сосуществования (по сути, она повторяет ложный мейнстримный тезис vivre-ensemble)  с мусульманами.

3.Отношение к христианству и к Католической церкви. Католики-консерваторы являются одной из основ электората Земмура, тогда как МЛП их презирает и никогда не идет с ними на контакт. Земмур часто повторяет, что нельзя забывать об исторических корнях Франции, что Франция –  христианская страна и одна из старейших наций Европы, что она была великой цивилизацией еще до «Республики» (с которой так носятся все левые и даже правые),  и имела огромное культурное влияние на всю Европу. Земмур – единственный, кто говорит, что «Франция создана королями и Католической церковью». Земмура поддерживают католики Филипп де Вилье,  Марион Марешаль, католическое консервативное движение Sens Commun а также миллиардер-католик Боллоре.

МЛП, в отличие от Земмура, абсолютно равнодушна к христианской проблематике и к консервативным ценностям.

4.Земмур считает, что главной опасностью для Франции является угроза Великого Замещения (термин, вышедший из-под пера Рено Камю), и это Замещение происходит на глазах. Во Франции уже есть сотни пригородов и территорий, называемых «потерянные территории Республики», где это демографическое замещение уже произошло. Население этих территорий живет в действительности не по французским законам, а по законам шариата. Эти территории фактически перестали быть Францией.

Марин Ле Пен абсолютно не согласна с таким видением сегодняшней ситуации и говорит, что достаточно убрать самый радикальный исламистский элемент и все наладится.

5.Земмур и МЛП совершенно расходятся и в вопросе трактовки ислама. Земмур счиает, что ислам и Франция несовместимы. Ислам не приемлет западного понятия индивидуальной свободы, ислам унижает женщину, ислам – не просто религия в нашем понимании слова, а свод законов. Ислам всегда пытался и пытается завоевать Европу – во всех смыслах, и Европа осознала себя отдельной цивилизацией именно в борьбе с исламом. Эта война цивилизаций идет уже много веков, и ислам, пользуясь своим демографическим преимуществом, хочет сегодня взять реванш над западным миром. Ислам и исламизм – это одно и то же, ислам – это «спящий исламизм» (что-то подобное говорил алжирский писатель Буалем Сансаль), а исламизм – это ислам в действии.

МЛП  довольствуется тем, что повторяет, как и весь сегодняшний идеологический мейнстрим, что «не надо путать хороший ислам с плохим исламизмом». Достаточно закрыть радикальные мечети, выслать самых яростных имамов и преступников с двойным гражданством и все будет хорошо. Сам по себе ислам не является для нее проблемой и он, по ее мнению,  не противоречит Французской республике.

6.Реконкиста и Ремиграция. В программе Земмура под Реконкистой понимается не только вернуть обратно «потерянные территории Республики», но и все остальное, что было утеряно за последние десятилетия. Вернуть независимость Франции от Евросоюза и США, вернуть обратно делокализованные в третьи страны французские предприятия, вернуть прежнее традиционное образование в школе и изгнать оттуда ЛГБТ, анти-расистов и анти-колониалистов, изгнать преподавание ненависти к Франции. Что касается Ремиграции, то Земмур обещает выслать в ближайшее время миллион иммигрантов (за пять лет правления Макрона их во Францию было завезено два миллиона), в первую очередь прибывших незаконным путем, а также совершивших на территории Франции преступления, и в дальнейшем продолжать высылать не только преступников, но и тех, кто распространяет дискурс ненависти к Франции. Кстати, если к власти придет Земмур, многие мусульмане, желающие жить по закону шариата, уедут сами. Нужно ли говорить, что МЛП занимает по этому вопросу абсолютно противоположную позицию и не приемлет понятий Реконкисты и Ремиграции.

7.Глубочайшее знание истории Франции и Европы, геостратегический анализ ситуации, жесткая принципиальность в отстаивании своих идей, давняя последовательная борьба против неолиберальной идеологии во всех ее изводах ( феминизм, анти-колониализм, вокизм, cancel culture и т.д.), деголлевское  видение роли Франции в новой вырисовывающейся ситуации («третий путь», согласно де Голлю)– это то, что возносит Земмура над всеми остальными кандидатами. Ничего этого у Марин Ле Пен нет. У МЛП нет идеологического хребта, она приспосабливает свой дискурс под мейнстрим и боится остракизма. Именно это явилось причиной того, что большинство «кадров» ее партии – самых идейных борцов за спасение Франции, самых ярких и активных – перешло к Земмуру. Не говоря уже о том, что к Земмуру ушла ее собственная племянница Марион Марешаль.

8.О составе и динамике партий Земмура и МЛП. За несколько месяцев в партию Земмура вступило более 100 000 человек, среди них очень много молодых людей с образованием. Это неслыханный результат. Никто не собирает столько народу на свои митинги, как Земмур, зачастую не поместившиеся в зале люди стоят на улице и ловят каждое его слово. Не так давно Земмур провел огромный митинг на Трокадеро (площадь в Париже), пришло около ста тысяч человек. Земмур вызывает беспрецедентный энтузиазм и восхищение, никто во Франции не способен собрать столько человек на свой митинг, никто не способен внушить такую надежду и сердечный отзыв. Земмур может говорить часами без бумажки, и тысячи людей слушают его, затаив дыхание.

9.Судьба Франции и личная судьба. Марин Ле Пен заявила, что в случае проигрыша уйдет из политики. И действительно, создается впечатление, что судьба Франции не занимает ее так, как она занимает Земмура – всего, без остатка. После своего проигрыша 2017 года (а у нее тогда был реальный шанс, она им не воспользовалась) она преспокойно пошла получать диплом по уходу за кошками!  И сейчас, похоже, она так же спокойно готова удалиться жить своей личной жизнью (кошки – ее всепоглощающая страсть). Земмур же в случае проигрыша будет продолжать политическую борьбу, поднимать людей, ибо понимает, что времени на спасение Франции осталось совсем немного.

10.Отношение к России. Первоначально создается впечатление, что их позиции близки. Но МЛП, как это ей свойственно, пытается лавировать и не вызывать остракизма. Так, евродепутаты ее партии проголосовали за санкции против России (единственный, кто проголосовал против – Тьерри Марьяни), и это при том, что Путин был единственный из глав крупных государств, кто принял ее у себя в Кремле в 2017 году! Все помнят, как она ездила в США, чтобы выпросить прием у Трампа, но он ее проигнорировал. И сегодня весь огонь по вопросу Украины и России вызывает на себя Земмур, именно его объявили главным «путинофилом», потому что он говорит о том, что Франция должна выйти из-под власти США и НАТО и вести свою независимую внешнюю политику, исходя из своих собственных интересов. И что в интересах Франции иметь дружественные отношения с Россией.

Все это показывает, что между Земмуром и Ле Пен – настоящая пропасть.

Однако опросы показывают, что у Земмура мало шансов выйти во второй тур.

На самом деле это неудивительно, потому что институт опросов – это важный элемент социальной инженерии, направляющий поведение людей в нужном направлении.

Земмур – враг Системы, он очень опасен, поэтому … вдруг выясняется, что в «опросах» он «скатился» аж до пятого места! При том, что реальность, то есть динамика и настоящий энтузиазм вокруг его партии показывают обратное. Это нужно для того, чтобы люди, думая, что у него нет шансов, голосовали за МЛП.

Ведь если к «популисту» Орбану, только что победившему в Венгрии (в четвертый раз!), добавится Земмур, то Евросоюзу конец.

Поэтому его победы ни в коем случае нельзя допустить, это очевидно.

Марин ле Пен – всего лишь фигурантка. Она абсолютно необходима во втором туре, потому что это гарантия того, что победит Макрон. Во Франции уже давно действует негласный закон: президентом становится тот, кто окажется во втором туре против Ле Пен.

При честных выборах Земмур имел бы все шансы победить. Но понятно, что все пройдет по американскому сценарию, ибо французское правительство тоже использует машины для подсчета голосов Доминион. И общественное мнение уже подготовлено к тому, что во втором туре опять будет «дуэль» с теми же лицами.

И что скорее всего результат предопределен. Как и в прошлый раз.

Тем не менее, есть ощущение, что даже если они протащат Макрона на второй срок, вопреки множеству судебных процессов, которые ему грозят (Национальная Финансовая Прокуратура открыла вчера дело против американской консалтинговой компании McKinsey, активно работавшей на Макрона, с формулировкой «Отмывание денег и финансовое мошенничество в тяжкой форме»), это тем не менее для него начало конца.

McKinseyGate, набирающий обороты,  может повлечь за собой передачу в суд множества других «дел», в которые вовлечен Макрон – так называемые RothschildGate, PfizerGate, AlstomGate и др.

Так или иначе, даже если им опять удастся водрузить Макрона на трон, его президенство  будет нелегитимным в глазах огромного количества французов.

Опубликовано в АК от 8 апреля 2022 г https://actualcomment.ru/frantsuzskie-vybory-2204080925.html?fbclid=IwAR1ojyLYTlHCF_7OuBnCkRWH5sTYJGhgOzGSe3xG8w9EqUEYa4hFjw3Yh_c

Макрон и мафия

Кажется, у них что-то сломалось.

Макрон был уверен, что пройдет на второй срок без проблем.

В его руках весь медийный аппарат, все институты, в том числе и все французское правосудие. Никто не посмеет открыть на него дело в суде, несмотря на то, что вопросы к нему возникли уже давно и они гораздо серьезнее, чем то дело о «фиктивном трудоустройстве» супруги Фийона, которое стоило тому его практически гарантированного президенства.

Конечно, институтом опросов была обеспечена  необходимая картина « электоральных намерений» – Макрон впереди всех с достаточным отрывом (за него будто бы собирается голосовать  30%), на втором месте Марин ле Пен (21%) – потому что выход МЛП во второй тур стопроцентно гарантирует Макрону «победу». Самого опасного и неудобного – Эрика Земмура – засунули аж на пятое место, чтобы все думали, что у него нет никаких шансов, и голосовали за МЛП.

Неслучайно также и то, что выборы 2022 оказались значительно сдвинуты по времени. Первый тур президентских выборов обычно проводился во второй половине апреля и окончательный результат объявлялся 6 – 7 мая – тогда как в этот раз первый тур будет происходить 10 апреля, а второй – 24 апреля.

В чем причина такой спешки?

Дело в том, что тут на счету каждый день. С каждым днем растет угроза, что на Макрона под давлением народного гнева могут открыть дело в суде – и поводов для этого огромное множество. Макрону грозит аж пять или шесть судебных процессов – названия которых, на американский манер, ходят по всем соцсетям: McKinseyGate, RothschildGate, PfizerGate, AlstomGate, BenallaGate, JeanMichelTrogneuxGate.

Итак, по порядку.

Не так давно ошарашенные французы узнали, что за всеми решениями и действиями макроновского правительства – и по пенсионной реформе, и в области образования, и, самое возмутительное – в области здравоохранения стоит американский консалтинговый кабинет McKinsey. Стало известно, что все анти-ковидные ограничения, бесполезность и очевидную вредность которых уже не нужно доказывать, включая и меры беспрецедентного давления с целью всеобщей «анти-ковидной вакцинации» – все это дело рук американских консультантов, ко всему прочему заработавших во Франции (только за 2021 год) более миллиарда евро! А кто раскошелился за этот золотой консалтинг? Ясное дело, французский налогоплательщик, средний класс! Которого – за его же деньги! – лишают и здоровья, и работы.  В довершение ко всему (тут, конечно, еще много чего может выясниться, в случае если дело пойдет в суд) McKinsey связан с ЦРУ и возможна утечка французских стратегических данных в США.

Далее, Rothschildgate. Как известно, до того, как стать министром экономики при Олланде, Макрон работал в банке Ротшильдов. Инвестигации показали, что Макрон заработал там как минимум несколько миллионов, но при выставлении своей кандидатуры на президентские выборы 2017 года декларировал смехотворно малую сумму. На вопросы отвечал, что потратил все заработанное, отдал долги, заплатил за ремонт дома своей супруги и т.д. Но недоумение осталось. И вот в 2022 году он опять декларирует имущество на смехотворную сумму – 196 тысяч евро, так что кандидатка от бедного рабочего класса Натали Арто оказалась даже богаче его! Если бы не кандидат Путу с его декларированным имуществом в 31 тысячу евро, то Макрон оказался бы самым бедным из 12 кандидатов на пост президента.

Все это очень интригует французов и, безусловно, скрывает под собой очень нелицеприятные вещи, а именно то, что Макрон прячет свои миллионы где-то в офшорной зоне.

PfizerGate официально развернулся во всем мире после того, как  2 ноября 2021 года в British Medical Journal (BMJ) были опубликованы обвинения в адрес компании Пфайзер – в фальсификации данных, в нарушении норм клинических исследований, в сокрытии побочных эффектов, а также в том, что все эти нарушения покрывались американской организацией, заведующей разрешением на коммерциализацию пищевых и лекарственных  продуктов Food and Drug Administration (FDA). Скандал получил свое дальнейшее развитие в декабре 2021 года – FDA, который без проблем и очень быстро выдал Пфайзеру разрешение на коммерциализацию  вакцины, отказывался публиковать документацию на эту вакцину, ссылаясь на то, что нельзя выдавать коммерческую тайну и что там слишком много страниц и им понадобилось бы на это 55 лет (если публиковать, как они просили, по 500 страниц в месяц).

Очевидно, что речь идет о монументальной коррупции, причем в международных масштабах, ибо в интересах компании Пфайзер обязательная вакцинация насаждалась в том числе и в Евросоюзе (не так давно мы узнали о почти нежных отношениях между главой Евросоюза Урсулой фон дер Ляйен и директором Пфайзера Альбертом Бурла), делая страны Европы незаконным рынком сбыта и миллиардных прибылей.  

Если говорить о том, какое отношение все это имеет к Макрону, то следует помнить о факте участия фарм-индустрии и компании Пфайер в том числе  в финансировании предвыборной кампании Макрона в 2017 году, а также того, что Макрон имел давние отношения с Пфайзером, еще до того как стал президентом. Пфайзер лоббировал Макрона, Макрон позволил заработать Пфайзеру миллиарды – ничего личного, как говорится, только бизнес.

И это далеко не все.

То, что в народе получило название Alstomgate – это факт продажи стратегически важного предприятия энергетической индустрии Франции Alstom (фактически за бесценок!) американской корпорации General Electric. Это происходило при посредничестве Макрона, еще в бытность его министром экономики в правительстве Олланда, что позволило ему лично заработать, согласно оценкам некоторых экспертов, как минимум в пределах 5-10 миллионов. Выяснилось также, что неплохо заработал при этой сделке и супруг кандидатки Пекресс, что еще раз свидетельствует о том, Макрон и Пекресс представляют одни и те же олигархические мафиозные круги.

Далее, BenallaGate, по имени бывшего личного охранника Макрона Александра Беналла, который являлся связующим звеном между Макроном и африканской мафией (некоторые инвестигаторы говорят о том, что предвыборная кампания Макрона 2017 года финансировалась в том числе и алжирскими олигархами) и который подозрительно легко отделался, несмотря на тягчайшие подозрения, бросавшие огромную тень на самого Макрона.

И, наконец, так называемый JeanMichelTrogneuxGate, по имени брата Бриджит Макрон Жан-Мишеля Тронье (который, согласно официальному нарративу, существует, но почему-то скрывается от всех и никто его не знает). В соцсетях ходит хэштег «Жан-Мишель, ты где?»

И действительно, стоит – всего-то! – брату Жан-Мишелю публично объявиться и самой Бриджит предъявить свои детские фотографии, как все подозрения в том, что она  трансгендер, сразу бы сошли на нет.  Но ничего этого не происходит, сведений о ложности официального нарратива о президентской  парочке накопилось предостаточно, более того, недавно в подозрительных обстоятельствах погибла женщина, которая имела что-то сказать по возможному делу о преступлении педофилии бывшей преподавательницы театрального кружка.

Таким образом, Франция накануне выборов  бурлит, напряжение растет и грозит во что-то вылиться. Еженедельные субботние манифестации во главе с Флорианом Филиппо, главным борцом с санитарно-вакцинальной тиранией, оглашаются теперь скандированием «Мак Кинси, верни деньги!», вера в вакцины заметно убавилась и многие понимают, что история с Ковид 19 и с Украиной – это звенья одной цепи. У французов внезапно открылись глаза на то, что Макрон за все эти годы (не только за пять лет президентства, но еще будучи министром экономики Олланда, то есть фактически за 10 лет) работал на американские интересы и что следующие пять лет – если он пройдет на второй срок – окончательно обескровят Францию и лишат ее последней возможности вернуть когда-либо свою автономию.

Поэтому Макрон спешит, пытаясь прийти к финишу раньше, чем на него заведут все эти дела.

Французский дипстейт (уши которого явно торчат сзади) в панике, потому что муссирование русофобских вбросов по теме Украины не очень-то помогает. У Макрона, конечно же нет 30%голосов, у него максимум процентов 12, и «агрессия России» ничего не изменила.

Так что вполне возможно, что даже если Макрону удастся – при помощи фальсификации выборов, иначе не получится –  усидеть на троне, победа его окажется в глазах большинства французов нелегитимной.

Статья опубликована в APN от 6.04.2022

Кажется, у них что-то сломалось.

Макрон был уверен, что пройдет на второй срок без проблем.

В его руках весь медийный аппарат, все институты, в том числе и все французское правосудие. Никто не посмеет открыть на него дело в суде, несмотря на то, что вопросы к нему возникли уже давно и они гораздо серьезнее, чем то дело о «фиктивном трудоустройстве» супруги Фийона, которое стоило тому его практически гарантированного президенства.

Конечно, институтом опросов была обеспечена  необходимая картина « электоральных намерений» – Макрон впереди всех с достаточным отрывом (за него будто бы собирается голосовать  30%), на втором месте Марин ле Пен (21%) – потому что выход МЛП во второй тур стопроцентно гарантирует Макрону «победу». Самого опасного и неудобного – Эрика Земмура – засунули аж на пятое место, чтобы все думали, что у него нет никаких шансов, и голосовали за МЛП.

Неслучайно также и то, что выборы 2022 оказались значительно сдвинуты по времени. Первый тур президентских выборов обычно проводился во второй половине апреля и окончательный результат объявлялся 6 – 7 мая – тогда как в этот раз первый тур будет происходить 10 апреля, а второй – 24 апреля.

В чем причина такой спешки?

Дело в том, что тут на счету каждый день. С каждым днем растет угроза, что на Макрона под давлением народного гнева могут открыть дело в суде – и поводов для этого огромное множество. Макрону грозит аж пять или шесть судебных процессов – названия которых, на американский манер, ходят по всем соцсетям: McKinseyGate, RothschildGate, PfizerGate, AlstomGate, BenallaGate, JeanMichelTrogneuxGate.

Итак, по порядку.

Не так давно ошарашенные французы узнали, что за всеми решениями и действиями макроновского правительства – и по пенсионной реформе, и в области образования, и, самое возмутительное – в области здравоохранения стоит американский консалтинговый кабинет McKinsey. Стало известно, что все анти-ковидные ограничения, бесполезность и очевидную вредность которых уже не нужно доказывать, включая и меры беспрецедентного давления с целью всеобщей «анти-ковидной вакцинации» – все это дело рук американских консультантов, ко всему прочему заработавших во Франции (только за 2021 год) более миллиарда евро! А кто раскошелился за этот золотой консалтинг? Ясное дело, французский налогоплательщик, средний класс! Которого – за его же деньги! – лишают и здоровья, и работы.  В довершение ко всему (тут, конечно, еще много чего может выясниться, в случае если дело пойдет в суд) McKinsey связан с ЦРУ и возможна утечка французских стратегических данных в США.

Далее, Rothschildgate. Как известно, до того, как стать министром экономики при Олланде, Макрон работал в банке Ротшильдов. Инвестигации показали, что Макрон заработал там как минимум несколько миллионов, но при выставлении своей кандидатуры на президентские выборы 2017 года декларировал смехотворно малую сумму. На вопросы отвечал, что потратил все заработанное, отдал долги, заплатил за ремонт дома своей супруги и т.д. Но недоумение осталось. И вот в 2022 году он опять декларирует имущество на смехотворную сумму – 196 тысяч евро, так что кандидатка от бедного рабочего класса Натали Арто оказалась даже богаче его! Если бы не кандидат Путу с его декларированным имуществом в 31 тысячу евро, то Макрон оказался бы самым бедным из 12 кандидатов на пост президента.

Все это очень интригует французов и, безусловно, скрывает под собой очень нелицеприятные вещи, а именно то, что Макрон прячет свои миллионы где-то в офшорной зоне.

PfizerGate официально развернулся во всем мире после того, как  2 ноября 2021 года в British Medical Journal (BMJ) были опубликованы обвинения в адрес компании Пфайзер – в фальсификации данных, в нарушении норм клинических исследований, в сокрытии побочных эффектов, а также в том, что все эти нарушения покрывались американской организацией, заведующей разрешением на коммерциализацию пищевых и лекарственных  продуктов Food and Drug Administration (FDA). Скандал получил свое дальнейшее развитие в декабре 2021 года – FDA, который без проблем и очень быстро выдал Пфайзеру разрешение на коммерциализацию  вакцины, отказывался публиковать документацию на эту вакцину, ссылаясь на то, что нельзя выдавать коммерческую тайну и что там слишком много страниц и им понадобилось бы на это 55 лет (если публиковать, как они просили, по 500 страниц в месяц).

Очевидно, что речь идет о монументальной коррупции, причем в международных масштабах, ибо в интересах компании Пфайзер обязательная вакцинация насаждалась в том числе и в Евросоюзе (не так давно мы узнали о почти нежных отношениях между главой Евросоюза Урсулой фон дер Ляйен и директором Пфайзера Альбертом Бурла), делая страны Европы незаконным рынком сбыта и миллиардных прибылей.  

Если говорить о том, какое отношение все это имеет к Макрону, то следует помнить о факте участия фарм-индустрии и компании Пфайер в том числе  в финансировании предвыборной кампании Макрона в 2017 году, а также того, что Макрон имел давние отношения с Пфайзером, еще до того как стал президентом. Пфайзер лоббировал Макрона, Макрон позволил заработать Пфайзеру миллиарды – ничего личного, как говорится, только бизнес.

И это далеко не все.

То, что в народе получило название Alstomgate – это факт продажи стратегически важного предприятия энергетической индустрии Франции Alstom (фактически за бесценок!) американской корпорации General Electric. Это происходило при посредничестве Макрона, еще в бытность его министром экономики в правительстве Олланда, что позволило ему лично заработать, согласно оценкам некоторых экспертов, как минимум в пределах 5-10 миллионов. Выяснилось также, что неплохо заработал при этой сделке и супруг кандидатки Пекресс, что еще раз свидетельствует о том, Макрон и Пекресс представляют одни и те же олигархические мафиозные круги.

Далее, BenallaGate, по имени бывшего личного охранника Макрона Александра Беналла, который являлся связующим звеном между Макроном и африканской мафией (некоторые инвестигаторы говорят о том, что предвыборная кампания Макрона 2017 года финансировалась в том числе и алжирскими олигархами) и который подозрительно легко отделался, несмотря на тягчайшие подозрения, бросавшие огромную тень на самого Макрона.

И, наконец, так называемый JeanMichelTrogneuxGate, по имени брата Бриджит Макрон Жан-Мишеля Тронье (который, согласно официальному нарративу, существует, но почему-то скрывается от всех и никто его не знает). В соцсетях ходит хэштег «Жан-Мишель, ты где?»

И действительно, стоит – всего-то! – брату Жан-Мишелю публично объявиться и самой Бриджит предъявить свои детские фотографии, как все подозрения в том, что она  трансгендер, сразу бы сошли на нет.  Но ничего этого не происходит, сведений о ложности официального нарратива о президентской  парочке накопилось предостаточно, более того, недавно в подозрительных обстоятельствах погибла женщина, которая имела что-то сказать по возможному делу о преступлении педофилии бывшей преподавательницы театрального кружка.

Таким образом, Франция накануне выборов  бурлит, напряжение растет и грозит во что-то вылиться. Еженедельные субботние манифестации во главе с Флорианом Филиппо, главным борцом с санитарно-вакцинальной тиранией, оглашаются теперь скандированием «Мак Кинси, верни деньги!», вера в вакцины заметно убавилась и многие понимают, что история с Ковид 19 и с Украиной – это звенья одной цепи. У французов внезапно открылись глаза на то, что Макрон за все эти годы (не только за пять лет президентства, но еще будучи министром экономики Олланда, то есть фактически за 10 лет) работал на американские интересы и что следующие пять лет – если он пройдет на второй срок – окончательно обескровят Францию и лишат ее последней возможности вернуть когда-либо свою автономию.

Поэтому Макрон спешит, пытаясь прийти к финишу раньше, чем на него заведут все эти дела.

Французский дипстейт (уши которого явно торчат сзади) в панике, потому что муссирование русофобских вбросов по теме Украины не очень-то помогает. У Макрона, конечно же нет 30%голосов, у него максимум процентов 12, и «агрессия России» ничего не изменила.

Так что вполне возможно, что даже если Макрону удастся – при помощи фальсификации выборов, иначе не получится –  усидеть на троне, победа его окажется в глазах большинства французов нелегитимной.

Статья опубликована в APN от 5 апреля 2022 http://www.apn.ru/index.php?newsid=41445

Александр Дугин: Это война не против Украины, а против Б.-А. Леви и глобализма

Интервью французскому журналу Causeur от 29.03.2022.

Causeur: Французские консервативные медиа видели в Путине скорее стабилизирующий элемент в мире (мы помним, что он поддержал Ширака против войны в Ираке), тогда как медиа, традиционно враждебные к России, не скрывают своей радости: «вот видите,  мы же вам говорили, что Путин хочет войны!»

А.Д.: Западные медиа ведут против нас информационную войну. Ну а мы ведем настоящую войну. 

Это своего рода война против Запада. Не против Украины, а против либеральной глобальной гегемонии. Это война против глобализма, против Б.-А. Леви, против Сороса, против Байдена, против атлантизма.  Фукуяма прав, озаглавив свою последнюю статью «Война Путина против либерального порядка» (https://www.ft.com/content/d0331b51-5d0e-4132-9f97-c3f41c7d75b3 ). Это действительно так. Путин и Россия ведут войну против мирового глобального миропорядка, против «конца истории» и против американской Империи.

Causeur : Каковы в таком случае будут следующие шаги Путина по воплощению этой цели?

А.Д.: Думаю, что цель пока – Украина. Збигнев Бзежинский писал в своей «Великой шахматной доске», что без Украины Россия никогда не вернет себе статус империи. С Украиной же она автоматически опять станет империей – среди других империй – или, скорее, независимым полюсом мультиполярного мира. Речь совсем не о нападении на европейские страны-члены НАТО, потому что с установлением независимости России в большом евразийском пространстве будет полностью установлен мультиполярный мир. Я считаю, прямые последствия этой геополитической революции будут внушать большой оптимизм, потому что с блоком, включающим в себя Россию (вместе с Украиной) и Китай (надеюсь, с Тайванем), западной гегемонии придет конец. Это будет конец «конца истории».

Это война против Фукуямы*, а не против Европы. В этой мультиполярности, которую мы обеспечим, Европа сможет выбрать, с кем ей быть: быть ли ей продолжением атлантизма и англо-саксонского мира, или Европа снова станет независимым и суверенным полюсом. Это шанс для Европы – я имею в виду не объединиться с Россией, а утвердиться именно как независимый полюс, не зависимый как от США, так и от России. Европа может стать настоящим блоком, способным защищаться, даже от русских. Европа вновь должна заявить о себе как о самостоятельном полюсе – не обязательно с нами, не обязательно в дружеских отношениях с Россией, а на самом деле, в реальности.

* »Война против Фукуямы » – имеется в виду против тезиса Фукуямы о «конце истории», где он утверждает, что все страны придут в конце концов к западной либеральной модели.

Пять принципов пропаганды войны

Мишель Коллон – бельгийский журналист и эссеист, автор документальных фильмов о войнах НАТО и создатель независимого центра исследований Investig’Action

Пять принципов военной пропаганды

Если вы являетесь мировой державой, желающей развязать войну,  то вы никогда не сделаете одного – вы не скажете правду.

Вы никогда не скажете: «Мы развязываем войну для того, чтобы захватить то-то и то-то, такое-то богатство». Вы не скажете также:  «Эта страна мешает нашему региональному (мировому) господству». Вы никогда скажете «Эта война необходима, чтобы обогатить наши транснациональные корпорации».

Тогда как на самом деле речь идет именно об этом, и это можно доказать в отношении любой недавней войны США, Франции или Великобритании – ни одна из них не была гуманитарной, все они были экономическими и стратегическими.

Но это абсолютно необходимо скрыть, потому что вы нуждаетесь в поддержке вашего общественного мнения. Ведь нужно, чтобы кто-то оплатил эти дорогостоящие войны, и это может быть только налогоплательщик. Нужно также, чтобы кто-то согласился умирать в этих войнах, а владельцы ТНК никогда не пошлют туда своих детей.

Таким образом вы, будучи правительством крупной державы, обязаны врать. Как вы будете это делать?

И тут действуют пять правил пропаганды войны, которыми пользуются все правительства, готовящиеся к войне. Им необходимо:

1.Скрывать свои экономические интересы.

2.Поменять местами жертву и агрессора.

3.Скрывать предысторию конфликта.

4.Демонизировать противника.

5.Монополизировать информацию.

Мы находим эти пять правил в каждой из этих войн. Нам необходимо их знать, чтобы мы могли  понять истинный смысл происходящего и не верить официальной информации, которая чаще всего является дезинформацией.

А теперь по пунктам:

  1. Скрывать свои экономические интересы

Если бы Ближний Восток не содержал под землей море нефти, разве США тратили бы ежегодно миллиарды долларов, чтобы держать Израиль в качестве жандарма региона? Если бы на территории Ирака ничего бы не было, кроме песка, разве США приложили бы столько сил на то, чтобы убрать диктатора? При том что они в то же время защищают массу других диктаторов? Если бы Иран не был производителем нефти и не хотел бы сохранить свою независимость, разве был бы он причиной «тревоги» Вашингтона? Если бы Венесуэла не была основным поставщиком нефти для США, разве они использовали бы всевозможные средства, чтобы избавиться от Уго Чавеса (в ход были пущены путчи, огромная финансовая помощь ЦРУ «оппозиции», и даже попытки вторжения..)?

Если бы Конго не обладало гигантскими резервами меди, алмазов, урана и других ценных металлов, разве Вашингтон убрал бы Патриса Лумумбу, чтобы заменить его диктатором Мобуту?

Войны всегда имеют экономическую причину. Конечно, интерессанты отрицают это, они говорят о «гуманитарных» целях. Госсекретарь США Киссинджер так и говорил: «У великих держав нет принципов, у них есть только интересы». Но, конечно, они никогда не признаются, что развязывают войны ради обогащения, поэтому рассказывают нам басни…

Первый принцип пропаганды войны, таким образом,  нацелен на то, чтобы создать иллюзию о том, что преследуются какие-то моральные цели.

2.Поменять местами жертву и агрессора

Если вы нападаете на тот или иной народ или группу, вы не можете признать себя агрессором. Нужно представить себя жертвой или защитником, который спешит на помощь жертве.

Когда Гитлер объявил своими врагами немецких коммунистов и социалистов, а также синдикалистов, евреев и цыган, он представил их как источник опасности, как угрозу. Как еврейско-большевистский заговор, от которого нужно защитить Германию.

Когда США напали на Вьетнам, чтобы сохранить свое доминирующее положение в Азии благодаря коррумпированным военным диктаторам, вьетнамцы были представлены как агрессоры. Тогда как на самом деле эта страна, которая была колонизована последовательно японцами, французами, потом США, пыталась всего лишь обрести свою независимость.

Когда Буш-старший напал на Ирак, он сказал, что Ирак угрожал напасть на Саудовскую Аравию и Израиль.  Когда Буш-младший напал на тот же Ирак (а это было у него задумано задолго до 11 сентября), ему удалось невозможное – представить США, мировую сверхдержаву, в позиции жертвы. Тогда как Ирак не имел никакого отношения к терроризму.

Второй принцип пропаганды войны, таким образом, состоит в том, что агрессор занимает место жертвы, чтобы вызвать сочувствие и поддержку.

3.Скрывать исторический контекст

Если великая держава хочет начать войну на желаемой территории, ей необходим предлог. Например, это может быть конфликт между двумя государствами или же конфликт между государством и каким-нибудь меньшинством. В таком случае великая держава может представить себя как арбитр, как пожарный, желающий погасить локальный конфликт на чьей-то территории. Это классика. В реальности же эти конфликты, как показывает история,  были спровоцированы или подстегнуты самими колониальными державами. Согласно принципу «разделяй и властвуй».

В Ирландии, например, Великобритания представляет себя как арбитр между католиками и протестантами. В действительности Великобритания ввела в Ирландию – еще в 19 веке – колонов-протестантов с целью завладеть страной, ее богатыми сельскохозяйственными угодьями.

В Латинской Америке Европа и США делают вид, будто они ни при чем и не имеют никакого отношения к бедности этого континента и состоянию хаоса. В действительности именно они ответственны в этом. Они истребляли индейцев, вывозили их богатства, рабов и не давали развиваться местной экономике, чтобы сохранять свою монополию на богатства и обогащаться за счет этих народов.

Итак, третий принцип пропаганды войны – не давать обществу понять исторический контекст и глубинные причины конфликта.

4.Демонизировать противника

Чтобы добиться акцептации общества будущих военных действий, необходимо убедить его в том, что они действуют исключительно из желания  «защитить, нейтрализовать опасность». Значит, нужно изобразить противника жестоким, аморальным и опасным.

В 1956 году Франция представила египетского антиколониалиста Нассера новым Гитлером. Оба Буша атаковали Ирак, изобразив его «четвертой по мощи армией планеты», обладающей оружием массового поражения, к тому же «аффилированной с Аль Каидой». Обама продолжил искать террористов в Афганистане, тогда как терроризм может быть везде и нигде (…) Сотни американских советников по коммуникации были заняты тем, что искали новые темы и формулировки – главным образом то, что они покажут по телевизору – чтобы с наибольшим результатом распространить страх и возмущение против «диктатора».

Четвертый принцип пропаганды войны имеет своей целью создать нужные эмоции в обществе – чтобы не дать проанализировать реальные интересы, стоящие за конфликтом.

5. Монополизировать информацию

Центральные медиа обычно дают слово только тем экспертам и журналистам, которые приемлемы для доминирующей в конфликте стороны. Любой критический анализ информации, который обнажает деформации в подаче материала и преднамеренную ложь, не допускается к публикации и к эфиру. Как это показал Ноам Чомски в своем «Производстве согласия», существует настоящая скрытая цензура, которая не дает возникнуть дебатам о роли транснациональных корпораций, а также роли США и Евросоюза в военных конфликтах как на Ближнем Востоке, так и в Латинской Америке и Африке.

За редким исключением некоторых смелых журналистов, которые поднимают тему (с некоторым опозданием),  вследствие чего могут возникнуть дебаты и споры на телевидении, но они касаются в основном второстепенных проблем. Чтобы ни в коем случае не касаться главной проблемы.  Чтобы телезрители не задавали лишних вопросов, никогда не приглашают ни свидетелей с противоположной стороны, ни аналитиков, которые бы показали, что войны несправедливы и в их основе всегда лежит экономический интерес.

Пятый принцип пропаганды войны – не дать обществу создать свое мнение путем конфронтации двух точек зрения.

Мишель Коллон, 2010

Le cinquième principe de la propagande de guerre vise à empêcher le public de se faire son opinion en confrontant les deux points de vue.

Michel Collon, Israël, parlons-en ! (2010)

Источник:

Письмо Бегбедера к русским олигархам

Ооо, еще один « проявился ». Нутро свое показал, и оно оказалось весьма неприглядным.

Не сомневаюсь, что вынудили. С одной стороны. С другой – высказался очень искренне. Хотел полушутя, а получилось честно.

Короче, Бернар-Анри Леви уловил в свои сети Бегбедера, одного из самых заметных русофилов Франции.

Бегбедер, всегда ценивший русских (по его собственному признанию) за те качества, которых нет у французов – умение дружить и неспособность притворяться – был вынужден осудить « путинский фашизм ».

Вот оно, бегбедеровское « Обращение к моим друзьям русским олигархам »:

« Задаюсь вопросом, в чем я могу быть полезным, но мне 56 лет, у меня диабет, поэтому моя продолжительность жизни – если бы я пошел сражаться в Киев против русской армии – не составила бы больше 7 секунд.

Мне выпало счастье – 99 моих книг переведены в России и на Украине. Я часто бывал в этих странах, и я их одинаково люблю. И я хочу здесь обратиться к моим друзьям-олигархам.

Виталий, Михаил, Роман, Олег, Сергей, Дмитрий, дорогие друзья олигархи!

Вы привели Путина к власти, теперь пришла пора его отключить.

Бывало, мы хорошо веселились вместе на ваших дачах.

Party is good war is not good.

Нельзя вторгаться в чужую страну на танках, это уже вышло из моды. Поторопитесь убрать Путина, или вам испортят жизнь.

Putin must be put out.

Вы не сможете больше пойти в Сенекье, Byblos, Noto (дорогие рестораны – прим.пер.) в Сен-Тропе. Ваши шале в Куршевеле отберут и превратят в дома для престарелых. Ваши виллы в Биаррице уже разрисованы тэгами, скоро в них поселятся баскские индепандантисты и будут там делать свой овечий сыр, вашим роллсам и бентли проткнут колеса, ваши частным самолетам уже запрещено летать. И это говорю не я, это говорит Брюно ле Мэр! Вы знаете, кто это? это герой последнего романа Уэльбека! Слушайте, вы потеряли 150 миллиардов за четыре последних дня, и все это для того, чтобы забрать обратно Севастополь? Но кому захочется провести свое лето на Черном море? У вас были дворцы в Кап дАнтибе и Сен-Тропе, и вы все это потеряете, и вам придется ходить купаться на KaZantip, при том что фестиваля там уже нет?

Navalny président ! »

Интересно, да? А мы уже забыли про Навального, видимо, зря!

Обратите внимание на уровень аргументации.

Источник : журнал Б-А Леви La Règle du jeu, опубликовано 5.03.2022 https://laregledujeu.org/2022/03/05/38269/frederic-beigbeder-adresse-a-mes-amis-oligarques-russes/

Аттали как « провидец » эпидемий, климатического конца света и войн

Аттали – лицо французского дипстейта

Аттали как “советник королей” и гуру новых элит

Жак Аттали подаётся в СМИ как мудрый провидец и faiseur des rois — как “создатель королей”, то есть первых лиц, в том числе и президентов. Сам Аттали любит поддерживать эту свою репутацию, напоминая время от времени, что он “помог поставить ногу в стремя” многим политикам, ставшим впоследствии известными.

Более того, если называть вещи своими именами, Жак Аттали и есть лицо того самого Deep State, который руководит жизнью Франции в течение сорока последних лет, оставаясь в тени (он всегда отказывался занять пост министра, например) — от Миттерана до Макрона. 

Менялись президенты, “левые” сменяли “правых”, но Франция шла в одном и том же направлении — в сторону отказа от национальной самостоятельности, к всё большему либерализму (власти БОЛЬШИХ ДЕНЕГ) и мультикультурализму.

Его почтительно называют l’homme d’influence (“Человек влияния”) — что является на самом деле эвфемизмом, позволяющим скрыть масштаб действительной духовной власти этого персонажа над ведущими политиками Франции. Аттали, хоть и любит бывать на телевидении и блистать своими познаниями, не забывает делать скромный вид и предпочитает культивировать образ интеллектуала-эрудита от экономики и социологии. Помимо того, что Аттали “создавал” президентов, вел банковскую и филантропическую деятельность, он преподавал экономику, много выступал и написал несколько десятков книг на стыке экономики, социологии и культурологии.

Главная тема, которой он посвятил свои труды — это предвидение (на самом деле скорее создание) общества будущего, освобожденного от “архаических” капканов, то есть национальной истории и традиций, а также моральных запретов. По сути, Аттали приложил и продолжает прикладывать огромные усилия, чтобы “преобразовать менталитеты” (другими словами, перемещать окна Овертона) и сделать Францию тем, чем она стала сегодня — страной, делегировавшей свою автономию Евросоюзу, отказавшейся от национальной самостоятельности, широко открывшей двери массовой иммиграции — страной, в которой господствует дискурс враждебности к понятиям национальной идентичности, исторической и культурной укоренённости и к христианским ценностям.

В своих многочисленных выступлениях Аттали призывал к максимальной либерализации рынка, вплоть до либерализации человеческих отношений, “предвидел” (а на самом деле активно продвигал на уровне идей и готовил общество к их акцептации) и массовую эвтаназию стариков, и разрушение традиционной семьи и возникновение на её месте “новых типов союзов” (вдвоём, втроём и даже вчетвером — см. Dictionnaire du XXI siècle, 1998), и другие “перемены поведенческих схем”. Аттали неустанно повторял, что человек XXI века опять станет тем, кем он был с самого начала своего возникновения — кочевником, то есть номадом, не сидящим на месте, не имеющим ни корней, ни идентичности (см. его книгу “L’Homme nomade”, 2008). Его интервью и книги полны откровенных высказываний: о необходимости и неизбежности иммиграции (“Европа нуждается в мигрантах, это для неё жизненная необходимость”), об “опасности” суверенизма и “популизма” (“За суверенизмом зачастую скрывается ненависть к мусульманам”, “Суверенизм — это всего лишь новое название антисемитизма”), об отмирании государства (“Страна — это отель”), о необходимости Мирового Правительства (“Можно вообразить, можно мечтать об Иерусалиме, который станет столицей планеты — планеты, которая объединится в один прекрасный день вокруг Мирового Правительства”). Аттали и не скрывает, что он сторонник гендерных изысканий и трансгуманизма: “Изменять Природу — это хорошо, Природа в принципе зла. Более того, Природа — враг Человека”).

Всё это, так сказать, общие направления. Что же касается сегодняшнего “санитарного кризиса”, и “путей выхода” из него, то Аттали начал подготавливать публику к этой теме задолго до появления COVID-19.

Пандемия как необходимое условие создания мирового правительства

Уже в 2009 году, по случаю эпидемии H1N1 (точнее, “пандемии”, так как ВОЗ поспешила изменить критерии, по которым эпидемия называется пандемией), Аттали написал статью “Страх помогает человечеству двигаться вперед”, в которой объявил, что очередная пандемия поможет установлению Мирового Правительства. “История учит нас, что человечество делает серьёзные шаги в эволюции только тогда, когда оно испытывает сильный страх”, — пишет Аттали. Страх перед пандемией (этой или следующими, которые неизбежны) подтолкнёт человечество к поискам действительных способов борьбы с опасными вирусами” (при необходимости “на время отложив сторону моральные принципы » — sic!). Аттали объясняет, что уже сейчас необходимо разработать механизмы профилактики и контроля, а также логистику и стратегию “справедливого распределения (между богатыми странами и бедными- прим.пер.) лекарств и вакцин”. “Для этого мы должны создать глобальную полицию, глобальное складирование медикаментов и глобальную налоговую систему. Таким образом мы сможем заложить фундамент настоящего мирового правительства — гораздо эффективнее, чем если бы мы использовали для этого любой другой гуманитарный или экологический дискурс”. Повторю: все это Аттали говорил ещё в 2009 году!

А в апреле 2020 года, когда французы после травмы первого локдауна (опять как в воду глядел насчёт локдаунов!) и ввиду явного падения количества смертей и заражений, надеялись на возврат к прежней жизни, Аттали заявил без обиняков: нет, расслабляться не стоит, на выход из локдауна можно будет надеяться только тогда, когда появятся вакцины и абсолютное большинство населения будет вакцинировано. И действительно, уже в июне, вопреки тому, казалось бы, что эпидемия осталась позади, в некоторых департаментах и городах было введено обязательное ношение масок на улице и серьёзные штрафы — чтобы люди не забывали об “опасности вируса” и настраивались на то, что “выход из кризиса” теперь будет привязан к всеобщей вакцинации (идея о санитарных паспортах тогда ещё официально не озвучивалась).

Коронавирус и “глобальное потепление”

Таким образом, если вы хотите знать, что с вами будет происходить дальше — читайте и слушайте “оракула наших дней” Аттали! Вот важнейшее в этом смысле его послание к французам, датированное 31 марта 2021 года — послание прямо-таки апокалиптическое…

“Даже если в ближайшее время мы обеспечим себя морем вакцин (жирным шрифтом здесь и далее выделено мной — Э.Д.), даже если мы откроем этим летом театры, кинозалы, отели и рестораны, даже если осень, возможно, и будет безоблачной, и даже если многие подумают, что всё осталось позади — ничего из того, на что повлияла эта пандемия, не исчезнет из нашей жизни.

Нам нужно будет приготовиться к появлению новых штаммов, устойчивых к уже имеющимся вакцинам, а значит, к новым локдаунам, в ожидании быстрейшего производства миллиардов доз новых вакцин. Нужно будет смириться с необходимостью ежегодной вакцинации, и это на протяжении десятилетий! Мы должны будем регулярно вакцинироваться от этой болезни, и, без сомнения, от многих других болезней”.

Итак, вот оно, наше будущее, в которое мы уже вступили два года назад — нам нужно будет приготовиться жить “в мире множественных пандемий” (а значит, регулярных карантинов и вакцинаций), и это повлечёт за собой необходимость в реорганизации школ, университетов, а также мест работы — чтобы структурно адаптировать их к подобным периодам, “к которым человечество будет вынуждено периодически возвращаться”.

Но и это ещё не все! Дальше нас ожидают поистине Гог и Магог, десять казней египетских и даже возможный конец света! Вот что вещает наша вдохновенная пифия:

“Нужно будет приготовиться к другим вызовам и опасностям, которые нетрудно предвидеть: нехватке воды, потеплению климата, истощению почв, нашествиям насекомых, исчезновению многих видов растений и животных, а также к политическим волнениям, которые будут вызваны этими бедствиями. Эти опасности и вызовы — другой природы, нежели пандемия, и они могут вызвать гораздо больше невосполнимых потерь.

Мы должны подготовиться к этому, чтобы не повторять ошибок. Потому что масштаб этих бедствий будет несоизмерим с последствиями нынешней пандемии. Не подготовиться сейчас — это означает увеличить возможность войн между нациями и между социальными группами. Это будет мир, в котором будет невозможно жить”.

В общем, вы поняли — впереди ад, медные трубы и апокалипсис, и всё в одном флаконе. А теперь перейдём к программе действий, которую Аттали считает необходимой, исходя из всех этих ужасов — как минимум на всё будущее десятилетие, а то и больше.

“Подготовиться уже сейчас — это означает извлечь настоящие уроки из нынешней пандемии; это иметь смелость перейти на экономику войны, чтобы массово сократить всю экономическую деятельность, которая может вызвать экологическую катастрофу — это касается в первую очередь ископаемого топлива и отраслей, использующих его (производство пластмассы, химической продукции, текстиля); и это означает отдать абсолютное преимущество другим секторам, которые позволят дать ответ новым климатическим вызовам: медицинской индустрии, госпиталям, обучению медперсонала, научным исследованиям, сфере образования, гигиене, пищевой промышленности, устойчивому сельскому хозяйству, цифровым технологиям, distribution (имеется в виду распределение или раздача еды и продуктов первой необходимости, — прим. авт.), чистым источникам энергии, чистой воде, безопасности, культуре, демократии, неспекулятивным финансам и страхованию, устойчивому жилью. Все эти сектора, которые я называю “экономикой жизни”, сегодня представляют не более половины нашей экономики, но через двадцать лет они должны будут представлять две трети.

Это потребует титанического перехода на новые рельсы; это потребует нового видения мира, обращённого к будущим поколениям; новых, более альтруистических ценностей; новых, более серьёзных приоритетов.

У нас не будет второго шанса. Если мы не примемся за дело как можно быстрее, мы будем жалеть об этой пандемии как об одном из последних счастливых моментов нашей жизни.

Хватит ли у нас смелости, чтобы понять это? Политические деятели, интеллектуалы, директора предприятий, профсоюзные деятели — найдут ли они в себе достаточно смелости, чтобы сказать людям правду и призвать к серьёзным действиям? Я этого не знаю.

Я знаю всего лишь, что если они этого не сделают, то однажды, лет через сто или меньше, у нас не будет даже молодого поколения, чтобы проклянуть их за это”.

Впечатляет? Библейский размах, не правда ли?

Итак, Аттали раскрыл карты. Эта перспектива военного коммунизма 2.0 или, если хотите, второго изнурительного “перехода через пустыню” ради достижения Земли Обетованной обнародована только сейчас (эта статья была написана мною в апреле 2021г – Э.Д-И.), после тринадцати месяцев массированной психологической обработки, унижения и лишения элементарных свобод. Сейчас у Аттали и ему подобных самый важный момент — умело сочетая угрозы, шантаж и призывы к альтруизму, добиться от большинства послушности и более или менее пассивного принятия той судьбы, которую им приготовлена.

Черчилль, помнится, обещал англичанам “кровь, пот и слёзы” — в войне против Гитлера.

Аттали обещает французам что-то среднее между военным коммунизмом (не случайно он прямо говорит об “экономике войны”) и старой антиутопией “Зелёный сойлент” — в фейковой войне “против страшных вирусов” и за мнимое “спасение планеты”4.

А не пора ли французам вступить в войну за собственное освобождение? И отказаться — для начала — следовать за ложными пастырями?

Эльвира Дюбуа-Ильина (отрывок из публикации в Fitzroy https://fitzroymag.com/obshchestvo/francija-glubinnoe-gosudarstvo-uzhe-vybralo-svoego-prezidenta/?fbclid=IwAR1DITUwVU2GQTjBVoNgAIMxfMG_v8Ao2ho5OP66szh02RyograN4770QAg

P.S. Буквально вчера Аттали похвастался, что уже в 2016 году (в своей книге « Vivement après demain ») « предвидел » военные события, связанные с Украиной:

« …США могут усилить поддержку Украины, вооружая ее, перед тем как озвучить свое намерение принять ее в НАТО, что будет расценено Россией как casus belli, и тогда Москва предпримет преемптивную атаку США ».

Земмур против Аттали

« Homélie du père Attali »

Эта публичная схватка стала легендой.

Земмур первым скрестил шпаги с Аттали. По правде сказать, он так и остался единственным его публичным противником, единственным, кто последовательно и целенаправленно деконструировал опаснейшую идеологию Аттали, замаскированную под прогрессизм, солидарность и «открытость».

Это отрывок из передачи 2014 года, Аттали представляет свою очередную книгу под многозначительным названием «Стать самим собой». Земмур к тому времени – автор бестселлера «Французское самоубийство».

Ведущий:

«Жак Аттали, в вашей книге вы объявляете войну тем, кого вы называете «требующими лузерами». Эти люди, по-вашему,  –  патерналисты, они вечно недовольны проблемой преступности, к тому же они ксенофобы. Итак, что это за люди – «требующие лузеры»?»

Аттали:

«Все происходит в рамках настоящей идеологической битвы.  При том что это совсем не та битва, которую мы традиционно имеем с 19 века – между либерализмом и социал-демократией.  Мы живем в государстве, которое слабеет и теряет возможности действовать  (Аттали предвидит сокращение социальных выплат? – предположение пер.),  и поэтому продолжать быть лузерами – это значит отказываться выбирать свою жизнь, это значит требовать  крохи от богатств, которые им не принадлежат.

Мы наблюдаем сильнейшую борьбу между двумя идеологиями. Одну из них можно охарактеризовать как идеологию страха. Это страх перед другими (читай: иммигрантами – прим. пер.), перед людьми с чужой культурой, перед женщинами, перед евреями и мусульманами. В результате лузеры боятся самих себя, потому что не верят в свои возможности. И это выливается у них  в соответствующую идеологию: «Я боюсь, значит, я закрываюсь от всех. Я хочу национальной и этнической чистоты».

Этой идеологии страха и закрытости противостоит идеология , которая обращена в будущее, и поэтому она потрясающе оптимистична. Это идеология уважения. Уважения к себе, к женщинам, к евреям, к мусульманам, уважения к другим (читай: выходцам из Африки – прим.пер.), открытости и акцептации нового, перемен. И эта идеология с неизбежностью приводит к доброжелательности, эмпатии, смелости (смелости  возвращаться вечером домой по арабскому кварталу? – прим.пер.), оптимизма. Когда человек уважает себя – он хочет добиться успеха. А добиться успеха без альтруизма невозможно. Кстати, современные технологии доказывают это – успех предполагает стремление поделиться с другими, предполагает открытость миру, акцептацию нового… Приведу пример. В организации, в которой я являюсь президентом,  есть молодые люди – те самые, которых у нас называют «иностранцами» (Аттали имеет в виду, конечно же, иммигрантов – прим.пер.). Мы протянули им руку, мы позволили им добиться успеха. Я помню об одном молодом человеке из Туниса, он стал художником-фотографом. И он, в свою очередь, стал помогать молодежи своего квартала. Поэтому хочу сказать: не бойтесь самого себя, имейте большие планы, и это автоматически приведет вас к альтруизму и солидарности. Это то, что я называю «стать самим собой». Не «оставаться самим собой», нет, ни в коем случае, а именно СТАТЬ самим собой. Потому что стать собой – это означает создать себя, это противоположно закрытости и ностальгии по прошлому,  желанию восстановить границы… Эти люди похожи на тех, кто хочет побыстрее закрыть дверь клуба, куда их только что приняли, потому что они не хотят больше никого пускать… (намекает на Земмура, чьи родители переехали во Францию из Алжира – прим.пер.). Это приводит к смерти нации. Нация сильна только тогда, когда она все время меняется, принимая в себя других. Нужно считать метисизацию позитивным явлением, нужно творить себя заново, развивать в себе способности к симпатии, к доброжелательности, к альтруизму. Это и есть наша важнейшая идеологическая битва сегодня».

Эрик Земмур:

«Что ж… Я выслушал проповедь отца Аттали, и не могу оправиться от впечатления.

По Аттали выходит, что есть плохие люди и есть хорошие. Есть такая (нехорошая) часть населения, которая хочет сохранить свой образ жизни, хочет продолжать жить как раньше, не хочет принимать у себя чужих  – какой кошмар, это ж почти нацизм! А есть добрые и отзывчивые, они очень доброжелательны, они альтруисты. Как это хорошо, как прекрасно!

Только все это не так, мсье Аттали. Эти люди презирают то, чем мы являемся. Не то, чем мы становимся, как вы говорите, нет, они ненавидят то, чем мы являемся. Огюст Конт говорил: «Умершие правят живыми», мсье Аттали. А Реймон Арон добавлял: «История трагична». А вы забываете это. Вы говорите о человеке без корней и без родины, вы говорите как человек, который проводит свою жизнь в аэропортах. Но мы – это не вы, мсье Аттали.

Есть люди, и они здесь, на этой земле. Они здесь вот уже тысячу лет, и они желают жить на ней еще тысячу лет, понимаете? Они не хотят метисизироваться, как вы того от них требуете. Уж извините их, мсье Аттали! Извините их, но они не хотят того, что вы им навязываете. Они не хотят захлебнуться в волнах иммиграции. Они не хотят, чтобы их заменили другим народом.  Это глупо с их стороны, я признаю, и это эгоистично. Да, им не хватает альтруизма. Но это их жизнь, понимаете? Им не нравится, когда мсье Аттали – проповедник Аттали – приходит к ним и говорит: «Вы дураки, вы идиоты, вы ретрограды, вы расисты, вы ксенофобы, вы недоброжелательны». Нет, они не хотят быть доброжелательными, потому что те, кто прибывает на их территорию, недоброжелательны по отношению к ним».

Перевод: Эльвира Дюбуа

Créez votre site Web avec WordPress.com
Commencer