Mois : avril 2019

Народное восстание Желтых жилетов. Никто не ожидал их появления, никто не предвидел. Нужно им поклониться, отдать им честь. Этот petit peuple (простой народ), который пытаются удушить, систематически уничтожают вот уже тридцать, а то и сорок лет — этот народ выпрямился, встал во весь рост. Поэтому, прежде всего, мы приветствуем его явление и преклоняемся перед ним.

Смысл восстания Желтых жилетов — в возвращении народа на историческую сцену, причем в обоих смыслах слова populus. Первый смысл слова populus — это  plebs, это plèbe в Риме. Populus — это peuple constituant, это главное действующее лицо истории, это основное действующее лицо в жизни полиса.

Второй смысл слова populus — это трудящийся класс, это peuple laborieux, это цоколь материальной жизни полиса, это corps vivant – «живое тело» нации.

Желтые жилеты, таким образом — это возвращение народа на сцену истории, с потрясающим эффектом легитимности. Даже так называемые «bobo »*, даже буржуа, даже враги не могли отрицать факт абсолютной легитимности Желтых жилетов. Хотя и пытались некоторые идеологи сказать что-то вроде: «Их всего-то триста тысяч — это профсоюзная манифестация!» Но, друзья мои, профсоюзная манифестация — это категориальное явление, они управляются идеологической верхушкой (CGT), и эти люди не воплощают народную манифестацию. CGT (Confédération générale du travail — всебщий французский синдикат трудящихся) — это не метонимия народа, это не тот случай, когда какая-то малая часть воплощает целое.

Такое случается иногда в истории с великими личностями. Например, де Голль был воплощением французской нации. Желтые жилеты — воплощение французского народа, здесь происходит такой интересный феномен, когда «тело» воплощает самое себя — народ. Это совершенно потрясающе! Желтые жилеты — ацефальное движение, то есть «без головы», а то и «обезглавливающее» (короля) движение. И они правы, потому что они — это народ. Вопрос тут не в количестве выходящих на улицу. Они – peuple majoritaire (представляют большинство), это peuple éthique — (представляют моральную базу народа). Не случайно их поддержало 80% общества.

Каждый ЖЖ  больше, чем он сам. Потому что это часть народа в его целостности, в этом смысле он является personne morale (« моральная личность »). Это, повторяю, потрясающе!

Если говорить о политическом составе этого народа, который воплощает самого себя — то это народный электорат правых и левых, это рабочие, мелкие предприниматели, здесь присутствуют даже крайне левые и крайне правые — вечные враги! – которые оказались рядом, потому что они «обозначили своего врага» – Макрона.

Согласно Карлу Шмитту  политика — это « обозначение врага » (désigner l’ennemi). И для крайне левых, и для крайне правых  « приоритетный » враг — это Макрон, это классовое презрение элит. На наших глазах роизошел альянс Rassemblement National и France Insoumise (партий Марин Ле Пен и Меланшона) — и этот альянс, совершенно невозможный на уровне партий, состоялся на улице, среди Желтых жилетов! Это совершенно неслыханная вещь!

Хочу сказать, что у нас сегодня господствует ксенократия — власть иностранного — она и на политическом уровне, и на культурном, и на символическом. Глобализация — это и есть ксенократия. Желтые жилеты абсолютно анти-ксенократичны, стоит только посмотреть на его состав: абсолютное большинство «коренных французов», кое-где встречаются представители «разнообразия», а именно лучшие из них (видео с чернокожим жж 5.12: «Кристиан, почему вы считаете важным присутствовать сегодня здесь на Елисейских полях?» – ответ: «Чтобы вернуть Францию французам!»)

Я не люблю термин petits blancs («маленькие белые»), я предпочитаю français de souche («коренные французы»). И этот факт, что желтые жилеты — это в абсолютном большинстве «коренные», то есть «белые», не нравится тем представителям новых элит, которые происходят из «этнического разнообразия», как например боксеру Патрису Картерону. Он мне нравился, когда он ругался в адрес арабской молодежи, говоря «вы плюете на Францию» но здесь он явно на стороне Макрона. Он сделал видео (5.47), где говорит, что не поддерживает Желтых жилетов. Мол, выбрали Макрона демократическим путем и теперь вы не имеете права против него восставать. Тобира, министр юстиции при Олланде, будучи из крайне левых, вынуждена была процедить сквозь зубы, что «жж — это признак жизнеспособности демократии», но она их не любит, это абсолютно ясно, она предпочитает видеть в них расистов и ксенофобов.

Теперь о «насилии». Движение жж — это утверждение силы народа в политике. Макрон никак этого не ожидал, он был страшно напуган, это было видно в декабре. Когда он говорил свою речь, у него тряслись руки и он был бледен как полотно. Это очень хорошо, он увидел, что есть, оказывается, rapports de forces — взаимоотношение сил, силовое давление. Это силовое поле еще недавно было совершенно невозможно. Было одностороннее давление власти, насаждался официальный дискурс и невозможно было ему сопротивляться. Еще вчера власть проповедовала «абсолютную необходимость» taxe carbone — а три недели спустя она ее отменила, вынуждена была отменить!

Мы увидели, что такое сила — сила народа. Если говорить об актах проявления насилия во время манифестаций жж — то здесь нужно различать ультра-левых Black Blocs, которые громят «символы капитализма» – банки и шикарные магазины, и революционное насилие народа, совершенно логичное в этой ситуации. Воспитанные люди не совершают революций (яркий пример такого «политического насилия», который мы наблюдали 8 января — это когда жж пробили ворота госсекретаря всеми ненавидимого Бенжамена Гриво). Реальность сопротивляется политкорректности, это мы увидели воочию.

Если говорить о символическом плане, на фоне которого развивается движение жж, то вы видите сами — это везде и всюду «Марсельеза» и французский флаг. «Марсельеза» вернулась на улицы, ее стихийно поют массы (еще недавно она считалась признаком национализма и шовинизма) — в это невозможно поверить! Вы обратили внимание — время от времени левые пытались затянуть «Интернационал», но толпа вскорости переходила на «Марсельезу».

Мы увидели, что даже левые запели «Марсельезу» – это неслыханная вещь! Французский флаг — то же самое. Еще не так давно он был почти презираем! А слоганы? Самые повторяемые: «Макрон — в отставку» и «BFM en… » (неприличное слово в адрес BFM, макроновского канала новостей).

Если вы вспомните Маккиавелли, то он сводит политическую жизнь к двум основным векторам силы — это Государь и Народ. В нашем случае это Макрон и Желтые жилеты. А медиа, на 90% про-макроновские — это такой передаточный механизм власти. То есть эти два слогана, которые выкрикивались неделями по всей стране, означают, что жж посылают куда надо Государя и распространителей его официальной идеологии.

Но в движении жж нет нигилизма. Франция — это gouaille gauloise, это галльский сарказм и зубоскальство, но у жж нет циничного отрицания институтов. Жж — это не отказ от contrat social – «общественного договора». Они отказываются от clauses abusives — неприемлемых пунктов этого договора. Макрон навяязал им слишком много неприемлемых пунктов. Жюппе, которого французы терпеть не могут за пропаганду мультикультурализма и за высокомерие, сказал Желтым жилетам: «Макрон протянул вам руку, надо пойти на согласие». Жюппе — это представитель ксенократии во Франции. И Желтые жилеты от души делают ему в ответ неприличный жест, и они совершенно правы! Это что касается стиля и юмора в движении жж.

Нужно понимать, что Желтые жилеты вышли для того, чтобы организовать purge oligarchique (олигархическую чистку), а не для того, чтобы вступать в мелкие переговоры с партиями и прочие бла-бла. Обратите внимание на первые манифестации — сколько было смешных слоганов, смеха, крепких словечек, добродушия — все это вкупе с решимостью изменить ход вещей! Братство — и без высоких слов! Люди сдружились, сплотились, нашли единомышленников. И все это вокруг французского флага и истории Франции, которой они гордятся.

А теперь о методе. Это не забастовка. Люди отрабатывают свою рабочую неделю, зарабатывают свои небольшие деньги, а в  субботу выходят на улицу. То есть потенциально это может продолжаться очень долго. Потому что когда вы бастуете — вы теряете деньги, вам не платят за дни простоя. А здесь — это просто гениально придумано! Люди снимают с гвоздя свой желтый жилет и выходят на улицу, чтобы творить революцию. Интересно, что желтый жилет сам по себе — инфантилизирующий предмет одежды (осторожно, не задавите!), а здесь — он стал символом силы. То есть этот предмет одежды используется в противоположном смысле, он стал символом силы, и это великолепно.

Движение Желтых жилетов таким образом потенциально неисчерпаемо, оно может продолжаться месяцами и даже больше. Весной, например, или через два года, если ситуация опять ухудшится, они опять наденут свои желтые жилеты. Денег, как при забастовке, они не теряют, к синдикатам это не имеет никакого отношения — значит, подкупить их невозможно, то есть это может продолжаться сколько угодно долго.

Если Макрон будет вынужден уйти (был такой момент в начале декабря, когда власть действительно пошатнулась), то это не будет выглядеть как уход де Голля в 69м. Де Голль своим уходом подтвердил крепость Конституции и даже еще более усилил ее авторитет своим уходом. Он не пытался удержаться у власти, он сделал, как сказал, в соответствии с результатом референдума. Но Макрон вряд ли уйдет, это ясно.

Смысл движения Желтых жилетов в том, что они целятся в голову. Для них неважны партии, профсоюзы, они выходят напрямую на Короля.

Кто враги Желтых жилетов? Враги, которые сами объявляют себя таковыми? Есть и такие, которые пока затаились. Но мощь этого движения такова, что даже буржуа, часть элит вынуждены признать его легитимность.

Декларированные враги — это, конечно, олигархия. Это Бернар Анри Леви, который не скрывает своей ненависти и презрения к Желтым жилетам. Это макроновские медиа, прежде всего BFM TV прозванные народом BFM WC. Это куча всевозможных «экспертов» и «специалистов» на всех телеканалах, но они так и не поняли, что уже не они определяют повестку дня дебатов. Желтые жилеты и тут делают им (воображаемый) неприличный жест, ибо они отказываются принять навязываемые термины «диалога». Они не поддаются также шантажу и обвинениям в расизме и антисемитизме. Враги ЖЖ используют методику Миттерана — криминализировать врага, демонизировать его с целью моральной дискредитации. Это вообще метод сегодняшней власти — фашизация оппозиции. Но народ не поддается, и это замечательно!

Видя силу движения, олигархия начинает паниковать. Это огромная победа ЖЖ — они заставили олигархов вспомнить, что такое страх. Как говорил Эсхил (в «Эвменидах», кажется): «Если нет страха, то как объединить вместе сынов полиса?». У него там идет речь о страхе перед иностранным вторжением, но это может быть также страх Государя и элит перед Народом.

Да, в ранг врагов я бы добавил — увы и еще раз увы! – полицию. Я уже давно не anti-flic (ненависть к полицейским со стороны радикально-левых), каковым был в молодости, но поведение полицейских неприемлемо. Совершенно неприемлемо! Мы видим огромное количество примеров, когда полицейские пускают в ход оружие, не будучи в ситуации легитимной защиты. Диспропорциональное применение оружия. Если быть логичным, полицейские должны были бы брататься с жж, они так же эксплуатируются системой и так же мало зарабатывают. Понятно, они не имеют права, не хочется терять рабочее место и т.д — но жж зовут их присоединиться, даже после этих трагических событий (нанесения увечий манифестантам). Хорошо, пусть они боятся брататься, но пусть по крайней мере не проявляют такого усердия! По крайней мере, не целились бы в голову, не употребляли бы без нужды слезоточивые гранаты!

Вспомните, когда были бунты арабской молодежи в 2005м — полицейские не трогали бунтовщиков. Притом что те нападали на полицию и ситуация была гораздо более опасной. Мы не видели тогда, что полицейские волочили людей по земле или избивали их дубинками. А о применении оружия и говорить нечего. Потому что они прекрасно знают: стоит ранить одного из них, все встанут как один. И тогда будет настоящая война.

Тогда как здесь полицейские избивают даже женщин! Я уж не говорю об оставшихся без глаза или без руки. Получается, что коренных французов, свой народ — можно бить, увечить, стрелять в него, они безобидны, не то что молодежь арабских пригородов.

Но мы увидели также совершенно неожиданные вещи — что французы не пугливого десятка, мы наблюдали сцены физического противостояния кордонам полиции. Это вызывает гордость.

Важный момент: все революции во Франции — исконно свои, ни разу не было случая «импорта»революции. В течение веков порождающей силой французских революций являлись французский католический идеал и любовь к равноправию — для народа она происходит от католицизма, а для элит — от галло-романского примера.

Теперь о недостатках и слабостях движения. В революции Желтых жилетов недостает участия консервативной буржуазии. Почему бы к ней не присоединиться сторонникам La Manif pour tous ? (LMPT — противники закона об однополом браке и вообще неолиберальных сосьетальных реформ). Жаль, посмотрим, каково будет развитие событий. А вообще извержение народного вулкана совершенно невиданное.

Вот, мы видим на улицах наш французский народ — который так не любят элиты-англоманы за его склонность к революциям. Мы слышим дискурс, что будто бы Англия, в отличие от Франции, смогла мирно реформироваться с помощью общественного диалога. Но вы посмотрите, сколько там было пролито крови в XVII веке! Кроме того, английская аристократия и буржуазия были гораздо более свирепее по отношению к народу, чего никогда не было во Франции. Почитайте Диккенса, и вы увидите, как страшно был угнетен английский народ.

Действительно, то, что происходят сегодня на наших улицах — совершенно невероятно. Многие уже перестали ждать, перестали верить.

С избранием Макрона многих охватило почти отчаяние. И вот мы получили подтверждение: да, народы не взаимозаменямы, да, каждый народ уникален.

Уже есть по крайней мере один положительный момент — движение Желтых жилетов, то есть восстание коренных западных народов против глобалистского проекта — распространяется по всему миру. Желтые жилеты появились в Нью-Йорке, Дублине, Тель-Авиве…

Мы хорошо знаем Россию — и вы, и я, и наши русские друзья говорят нам, что Франция макронизировалась, что Париж представлен исключительно элитами, гей-кварталами и бобо, что Франция переходит в мульти-этнизм. И вот явились Желтые жилеты — и весь мир видит возвращение французского народа на сцену Истории. Мы видим снова французов с их бойцовскими качествами, с их острословием, галльской насмешливостью и способностью отдавать себя ради будущего поколения. Снова народ требует голову Короля –  я просто не верю своим глазам!

Если говорить о будущем Желтых жилетов, то благо уже сделано. Уже есть результат. Народ вернулся — и элитам будет очень трудно продолжать как ни в чем не бывало. Он осознал свою силу, осознал, что может давить и влиять. До сих пор он вел себя прилично, голосовал, не роптал, но был презираем и забыт. Но времена изменились. Теперь элитам будет очень трудно впаривать прежний дискурс – «за Европу», «за экологию» и т. д. Людям приходится каждый день ездить на работу на своем авто за сорок километров, и их выставляют основными загрязнителями воздуха! Их за это облагают дополнительным «экологическим» налогом! Тогда как Китай загрязняет воздух в тысячу раз больше, к Китаю нет претензий. Горючее для самолетов (которыми часто пользуются элиты), для морских транспортных перевозок (глобальная экономика) не облагается экологическим налогом. Люди поняли это, заговорили об этом и не дадут больше водить себя за нос.

Второй положительный момент — элитам придется пойти на некоторые институциональные реформы. Например, вернуть народный референдум (Желтые жилеты называют его RIC – référendum d’initiative citoyenne). В последний раз к референдуму прибегали в 2005 году, когда французы проголосовали против Евросоюза. Но элиты таки нашли способ навязать Евросоюз – вопреки воле народа. С тех пор, как стало понятно, что народ проголосует против решений элит, референдум забросили. Так вот, народ это тоже понял. Народ требует возвращения референдума, что означает «прямую демократию» — démocratie directe.

Здесь не надо путать два вида демократии — démocratie participative («демократия участников») и   démocratie directe («прямая демократия»). Так называемую démocratie participative навязывают нам социалисты и правительство. Это означает, что нужно ходить на обсуждения, заседания, то есть иметь на это время и желание. В любом случае у вас не спросят вашего мнения по самым главным вопросам. Простому народу некогда ходить на эти заседания, они работают, и их это в общем не интересует. Теперь, когда они поняли, что политика ведется против их жизненных интересов, они хотят влиять на нее посредством референдума. Это «прямая» демократия. Народ желает высказывать свое мнение по самым важным вопросам как суверенный участник истории. Прежде всего по вопросам иммиграции и участия-неучастия в Евросоюзе.

В определенном смысле движение уже принесло свои плоды. Тем более что в принципе оно неограничиваемо во времени, они могут продолжать до бесконечности.

Как быть Желтым жилетам с партиями? Мой совет — ни в коем случае не участвовать , не представлять своих представителей на выборах. Не доверять тем жж, кто хочет выставить свою кандидатуру на выборах! Это будет фальсификацией народного движения. Народ не выставляет свою кандидатуру на выборах. Нужно, чтобы жж «парили» над выборами. Они должны быть везде. Чтобы депутаты помнили о них в любой момент. Народ не выставляет свою кандидатуру на выборах, народ — это raison d’être выборов.

Желтые жилеты — это мощный символ. С одной стороны, призыв, с другой — укор. Нужно, чтобы элиты чувствовали силу народа.

*Bobo – социальная прослойка, так называемая bourgeois-bohème, благополучный городской класс.